– Я не могу вас здесь бросить! – глотая слёзы, кричала Рики, глядя, как хищник делает разворот в небе. – Вы должны быть рядом со мной, тогда он вас не тронет. А я должна быть рядом с братом... Иначе. Иначе он убьёт их обоих.
Старик еле выдавливал из себя слова:
– При всем моём желании я не смогу перешагнуть и через самое крохотное деревце...
– Он подстроил эту западню...
– И я в неё попался. Мне и расплачиваться.
Рики дрогнула.
– Вы пойдёте со мной.
– Ты пойдёшь, а я останусь. И не смей возвращаться за мной. Будь, что будет. Поняла. И поделом мне.
Рики дрожала. Не от холода и уже не от страха, а от отчаяния. От того, что, возможно, могла бы сделать так много, а, в итоге, не сделала ничего.
– Беги. – Старик смотрел в упор. – И не оглядывайся. Брату и Стернсу ты нужна больше, чем старому дурню, не сумевшему отговорить хозяина от этого безумного мероприятия. Ну, же. Беги.
Рики кивнула.
Прыжок. Ещё один. Каблуками сапог стукнулась о крупный камень. Опять прыжок – в этот раз перескочила через крохотный овражек. Вскарабкалась по груде поваленных деревьев, выпрямилась и снова устремилась вперёд.
Руки в кровь – ну и ладно. Плевать, что расцарапано лицо. Плевать, что в волосах застряли дохлые мухи и комья земли. Главное – бежать. Сломя голову, обгоняя ветер, но бежать. Не оглядываясь, не сворачивая, лишь изредка посматривая вверх, где продолжал наматывать круги дракон. До брата ещё совсем немного. Лишь обогнуть поваленный сухостой, а там футов тридцать – и песок.
Залитые янтарём глаза высмотрели хрупкую девчушку, сдирающую кожу о колючие ветви и упорно продирающуюся по направлению к морю. Покрытая чешуей морда скривилась, зрачки коварно сузились, крылья громко хлопнули, и зверь устремился вниз.
Сухая ветка надломилась, и иглы впились в плечо, прорывая тонкую ткань туники. В другой раз Рики бы ойкнула, но сейчас только зубы стиснула и бросилась в самую чащу. Плотно переплетённые между собой ветви вскоре начали заходиться дырами, через которые можно было рассмотреть горизонт.
– Дален! – Рики выкрикнула имя брата.
Никто не ответил.
– Дален! – ещё раз крикнула девушка, надрывая голос.
– Рики! – ответили ей с левой стороны, и от сердца отлегло. Он был жив. Они были живы. И брат, и Стернс. В том, что Дален рядом с Гаем, Рики ни секунды не сомневалась.
Перебраться на берег сейчас или поискать путь левее? По левую руку света больше, а, значит, и навалено меньше, и протиснуться будет проще. Рики тряхнула головой, вытерла запачканные древесной корой и вязким соком ладони о штаны и сделала шаг в сторону.
Над головой пронеслись со свистом. Девушка инстинктивно пригнулась и выпрямилась лишь спустя десяток шальных ударов сердца. Дракон кружил прямо над ней, не выпуская её из вида ни на мгновенье.
Рики бросило в холод. Она не успеет домчаться до Дагорма, если целью зверя снова станет старик. Точно не успеет. Но зато успеет перескочить через уродливую громаду мёртвых веток, за которой начинается берег. Ноги и руки обдерёт все в кровь окончательно, а заодно и шею, и лицо, и, без сомнения, грохнется в самое сердце колючек, ведь коленка всё ещё болит, но всё равно выкарабкается. Надо только прыгнуть. Прыгнуть. И Рики, крепко зажмурившись, оторвалась ногами от земли, чтобы... резко отпрянуть назад и повалиться на землю.
Жаркое пламя вырвалось из пасти дракона, поджигая сухостой. Горячей волной обдало так, что ресницы почти все обуглились и часть торчавших в разные стороны волос тоже. Отползая, Рики с ужасом в глазах смотрела, как вся лесная полоса перед ней занималась огнём, окончательно отрезая девушку от брата. А когда правую руку ещё и обвила тоненькая, жёлтая, в коричневую крапинку, змейка, Рики, сама того не осознавая, истошно завопила и вскочила на ноги, изо всех сил пытаясь сбросить с себе ползучую тварь.
Ей в ответ с берега закричал Дален. В его голосе царила паника. Выкрикивая имя сестры, он всматривался в пляшущие языки пламени, пытаясь разглядеть сквозь паузы их бешеного танца родной силуэт. И Рики делала то же самое.
Жадным взглядом выискивала она людей на берегу. Боялась ступить к огню ближе, но и отходить ни на шаг не собиралась, чтобы ненароком не упустить возможности обхитрить стихию и прорваться к брату. Но стоило одному столпу пламени начать сходить на нет, как рядом с ним тут же вырастал второй, а за ним и третий, ещё жарче и страшнее. Огонь бушевал уже в полную силу. Из леса на берег стало не пройти.
Залитые янтарём глаза смотрели в упор. В чёрных зрачках отражалось бушующее пламя. Огромные ноздри раздувались и выпускали пар, сродни тому чёрному дыму, который валил со стороны полыхающих деревьев. Дышать было тяжело – горло как цепями повязали; смотреть было невыносимо – глаза слезились и только через раз могли что-либо разглядеть. Дален вытер рукой пот со лба. Без толку. Один рваный вдох – и кожа вновь стала влажной. Жар, вонь и чад, идущие со всех сторон, норовили сломать моряка, как тоненькую тростинку. Но они ошиблись.
