Он прошел весь край смертных Безымянного Мира. Любимый сын, опальный принц, брат, надежный друг, отважный воин, доблестный генерал, убийца, предатель, верный муж, монстр... Все это - Хаджар Дархан, Безумный Генерал. Он оставил после себя песни и рассказы о доблести и чести, ставшие тризной тысячам тех, кто пал от его клинка и чья кровь залила поля и долины смертного региона. И все это чтобы продолжить свой путь.Хаджар прибывает в Край Бессмертных - страну, воспетую в легендах. Здесь его ждет предпоследняя битва.Что впереди?Путь к Седьмому Небу.И все, чему этот путь положит начало и принесет конец.Потому что даже в Безымянном Мире можно отыскать последнюю грань. Но если кто-то думает, что это замедлит шаг Генерала, остановит его меч, то... как и прежде - ни демоны, ни боги; ни герои, ни злодеи; ни время, ни судьба - не смогут сломить волю Хаджара Дархана.
Хаджар стоял посреди широкой тропы. Она не была пронизана какой-то невероятной фантасмагорей. Самая обычная протоптанная путниками дорожка посреди короткой, степной травы, успевшей пожелтеть под лучами осеннего солнца.
Вокруг поднимались холмы, волнами перекатывавшиеся далеко к горизонту. Дул ветер. Самый обычный. Он приносил с собой запахи степных трав и увядших цветов.
Самый обычный пейзаж, который Хаджар видел в своей жизни не раз и не два.
И единственное, что выделялось на общем фоне — небо. Небо выглядело так, будто нерадивый ученик художника смешал все доступные ему оттенки красок, а затем вылил на холст. Там фиолетовый смешивался с бурым, чтобы перетечь в алый, где черный вдруг перехватывал ведущую партию их танца, чтобы затем склонить голову голубому, который в свою очередь величаво расхаживал перед скромным бирюзовым.
И все это сверкало, сияло и мерцало подобно алмазной крошке, на рабочем столе опытного ювелира.
Нет, где бы не оказался Хаджар, это точно не был Безымянный Мир. Во всяком случае не та его часть, о которой было известно смертным. Да и, пожалуй, бессмертным, богам и… кстати о демонах.
— Я знаю, что ты тут, — устало, едва не закатив глаза, выдохнул Хаджар.
Рядом с ним прозвучал знакомый, немного ехидный смешок и на плече материализовался небольшой комочек чужого страха. Он опять, как это было в доме северян, отрастил конечности, после чего достал из складок своего темного меха миниатюрную бутыль, откупорил и сделал пару смачных глотков.
Вот только шеи у комочка не присутствовало из-за чего все это выглядело столь же комично, сколько и отвратно.
— Хаджи, дружище, как я рад тебя видеть! — в привычной придурковатой манере начал Хельмер. — Как тесен мир! Удивительно, что мы пересеклись с тобой в этой аномалии! Надо же! Вот ведь совпадение!
Хаджар попытался смахнуть комочек страха, но ладонь прошла насквозь. Так он и думал…
— В тот раз, когда мы с тобой брали на копье летний двор Фае.
— Брали на копье… — перебил Хельмер. — А ведь звучит!
—… и ты спрятался в моей душе, — продолжил Хаджар, делая вид, что не замечает паясничаний демона. — ты ведь что-то оставил там, да? И на севере ты вовсе не смог просочиться сквозь прореху в барьере. Ты и так все это время был рядом. И поэтому так легко меня каждый раз находишь.
Комочек страха пожал тем местом, где у нормальных гуманоидных существ находятся плечи.
— Это ты, наконец, поумнел и догадался, Хаджи? — спросил Хельмер. — Или почувствовал благодаря своим новым силам?
Хаджар едва слышно скрипнул зубами. Если быть до конца откровенным, то своеобразную метку демона он ощутил в тот момент, когда поглотил Кецаля и осознал силу души. Или то, как её использовать…
Сложные нюансы, которые он пока не рисковал объяснить даже самому себе.
— Ну и как они тебе? — продолжил демон, после чего кивнул бутылкой в сторону меча, качавшегося в ножнах у бедра. — Твои новые силы? Здорово, да?
Хаджар посмотрел на разноцветное небо, пребывавшее в постоянном движении хаотичного месива цветов.
Как ему новые силы?
Терной он обладал и прежде. Но если раньше она струилась по его телу тоненьким ручейком, которого едва хватало, чтобы усилить какие-то уже известные ему техники, связанные с энергией Реки Мира, то теперь… Теперь это был бурлящий поток, который если не сдерживать, то он сметет все на своем пути.
Не говоря уже о силе души. Она яркой звездой пылала у его сердца и стоило только пожелать, как вместе с Правилом сюда явятся самые грозные и могучие ветра севера.
Эти три силы — терна, душа и Правило, вкупе с мистериями, заставляли Хаджара усомнится в разумности деления адептов на ступени. Как, в целом, в существовании самих адептов.
Небесные Императора и Бессмертные… Хаджар,к роме обезьяны Кань’Дуна, с которым ему пришлось биться в аномалии немногим больше века тому назад, не сходился в поединке ни с одним Бессмертным.
Феденрир не в счет.
Во-первых волк только-только освободился из своего плена и вряд ли вернул себе всю полноту власти, а во-вторых он не ожидал от генерала такой силы.
И это разумно. Если бы Хаджар не ощущал той мощи, что теперь была заключена в его теле, то и сам бы решил, что просто сошел с ума, если бы увидел кого-то подобного себе.
Смертный, напрочь лишенный энергетического тела и пути развития, способный вытворять такое, что и не снилось Небесным Императорам?
Звучало как глупая, пьяная сказка менестреля, слишком обленившегося, чтобы выдумать что-то более правдоподобное. В конечном счете — к чему тогда все эти годы и века развития, если в итоге…
— Нельзя начать путь с середины тропы, Хаджар, — неожиданно серьезно произнес комочек страха. — Мы все начинаем свою дорогу с самого её начала. И если бы ты не прошел все то, что тебе пришлось пройти, то не оказался бы здесь.
Хаджар только хмыкнул.
— Именно поэтому ты заставил меня в детстве забыть Истинное Имя Севера?
Демон издал тот же звук.
