Черные тучи на небе постепенно вновь смыкали свои пленительные объятья черного саркофага. Звездный свет мерк с каждым мгновением, а вместе с ним рассыпались в пыль серебряные деревья.
Скелеты, вспыхивая зеленым огнем, понемногу поднимались на ноги, волоча за собой оружие.
Хаджар, взмахнув рукой, вытащил из пространственного кольца черную накидку, в которую тут же завернул Тенед и вскинул её к себе на плечо.
– Сколько до лаза? – спросил он у Абрахама.
– А… что? – очнулся от своих мыслей плут, после чего оценил обстановку и, как и недавно секирщик, выругался. – Около километра к востоку.
Проследив направление, которое указал контрабандист, Хаджар сплюнул и покрепче сжал меч.
– Километр из немертвых? Не так уж и много.
– Да уж, чужак, мне бы твой оптимизм…
В этот момент вперед бросился один из самых крупных немертвых. Он первый, среди десятков тысяч, кто смог скинуть с себя оковы Звездного Леса.
Облака плыли степенно и смирно. Словно чванливые служащие при дворе уже старого, но все еще сильного короля, они следовали в одном лишь им известном направлении. Купаясь в лучах рассветного солнца, в пышных золотых одеждах, эти вельможи свысока смотрели на все, что было ниже их достоинства.
Эш любил это место.
Одна из самых высоких вершин, которые только можно было найти в Стране Бессмертных. Отсюда открывался прекрасный вид на черную вечность вселенной и пронзающие её пики звездного света, несущего в себе память об уже мертвых светилах. А ниже – на облака и золотое солнце, медленно поднимающееся к своему зениту.
Сюда мало кто приходил.
Даже Эш не мог находиться на этой горе дольше нескольких часов. А ведь он, вроде как, сильнейший из Бессмертных.
Сильнейший…
Когда-то давно, будучи Генералом Смрадного Легиона, он думал, что это слово что-то да значит, а теперь…
– В прошлую нашу встречу, ты говорил, что мы видимся в последний раз, – Эш поднес ко рту пиалу с чаем и немного отхлебнул.
Вкусный, с мятой и полевыми ягодами. Такой делали в любой деревне смертных. Говорили, что помогал от сердечных болезней. Но, наверное, не было такого лекарства, что могло бы излечить старого мудреца.
– Не хватит огней на ночном небе, мой друг, чтобы сосчитать все наши «последние» встречи, – рядом, на непонятно откуда появившиеся бархатные подушки, опустился высокий… нет, не человек. В сером, хищном плаще и с широкополой шляпой, открывающей взгляду собеседника лишь один, алый глаз. – и все же – вот ты, на пике Тропы Богов. И вот он я – там же, рядом с тобой.
Эш вытянул перед собой ладонь. Несколько лоскутов оторвались от ближайшего облака. Туманом они подплыли к его пальцам и, опустившись на ладонь, превратились немного старую, видавшую виду, но все еще крепкую и надежную пиалу.
Хельмер с благодарным кивком принял емкость из рук лучшего… врага и, уже самостоятельно, налил себе чая из глиняного чайника, стоявшего на углях.
– Интересно, друг мой, – Хельмер поднял взгляд к пока еще ночному небу. – порой я задумываюсь, а может все звезды уже мертвы и мы, на самом деле, наблюдаем лишь мертвые вселенную, которая притворяется живой.
– Вряд ли, враг мой.
– Почему?
– Потому что тогда вселенная ничем не отличалась бы от этого мира, – Эш указал на облака, явно намекая не на них самих, а на то, что находится ниже.
– Глубоко, – задумчиво кивнул Повелитель Ночных Кошмаров. – Даже слишком глубоко… будь у меня время, я бы помедитировал над этим пару тысячелетий.
– Но времени нет… – с легким вздохом грусти прошептал Мудрец.
Хельмер чуть улыбнулся. Достаточно, чтобы назвать эту улыбку надменной, но недостаточно, чтобы насмешливой.
– Ты всегда любил старые вещи, юный волшебник, – демон явно намекал на созданную из облака пиалу, потрепанный плащ, весь в заплатках, простые холщовые штаны и сандалии из сыромятной кожи. Про рубаху из парусины и говорить не приходилось. – И даже сам став старым, все еще видишь в них какой-то смысл.
Лицо Эша, несмотря на почтенный возраст, все такое же молодое и необычайно красивое, озарила простая улыбка. Два его разноцветных глаза, голубой и карий, заискрились озорством.
– Старые вещи, мой друг, имеют свою историю каждая из них что-то видела, где-то побывала. И порой, когда я прислушиваюсь, то слышу их истории. Какие-то печальные, другие веселые, полные надежды или отчаянья. Они помогают мне осознавать, что еще не все звезды погасли над нашими головами, и, значит…
– Не все погасли и под ногами, – закончил за друга демон.
Они сидели и молча пили чай. Взирали на рассвет, заливавший золотой мир из вершин кучевых облаков. Сколько тысяч раз они вот сидели и молчали, что-то обсуждали, играли в шахматы или выпивали. Сколько сотен тысяч раз они сталкивались в смертельных поединках, стремясь отправить противника к праотцам.
Два лучших друга.
Два смертельных врага.
В какой-то момент грань между этими понятиями полностью стерлась для этих двоих. И они перестали обращать на это внимания.
Как и положено… двум генералам, ведущим свою бесконечную битву.
– Зачем ты пришел на этот раз? – спросил, наконец, Эш.
