Но из трех Повелителей больше всего негодовал именно Макин. До крови закусывая губу, он приговаривал:
– Его имя все равно будет моим. Я лично прибью Оруна и Жана, но имя Дархана будет моим!
Хаджару снился сон. Раньше, да какое там, буквально недавно он бы не смог отличить происходящее от реальности, но благодаря обострившемся чувствам Небесного Адепта средней стадии, Хаджар “видел” и “ощущал” иллюзорность происходящего.
Он вновь оказался в чужих воспоминаниях.
По простой проселочной дороге – двум колеям, прокатанным в высокой траве, шел закутанный в серый, заплатанный плащ, высокий мужчина. Несмотря на проливной дождь, он не носил шляпы. И этому существовало простое и незамысловатое объяснение.
Путник попросту не смог бы её надеть. Ему бы помешали длинные рога, пронзающие струящиеся по спине черные волосы.
– Учитель! – Хаджар рухнул на землю и прижался лбом к земле.
Даже будь это реальная грязь, в которую он сейчас и рухнул, Хаджар все равно бы так поступил. Как еще он мог бы выразить уважение и почтение не только великому Учителю, не просто достопочтенному предку, но и существу, которое отдало свою жизнь, чтобы мог жить Хаджар.
Но, увы, Хаджар не мог пробиться сквозь пелену времени, что отделяла его от своего праотца. В доме которого, однажды, над Хаджаром пройдет последний суд, где взвесят всего поступки и выберут дальнейшую судьбу.
– Стой! – перед путником появилось четверо.
Аура, которую они излучали, была сравнима с аурой Рыцарей Духа Пиковой стадии. Но не стоило заблуждаться на счет человечности четырех мужчин. Да, они стояли на двух ногах, их мускулистые тела были закованы в желтую броню, а руки сжимали мечи и щиты, но…
Их глаза… желтые и зеленые, с длинными, вытянутыми на манер ткацкого веретена, зрачками. На шлемах, полностью закрывающих лица, виднелись прорези, сквозь которые проглядывались рога.
Не такие длинные и изящные, как у повзрослевшего (с момента расставания молодого дракона с его стариком-Учителем), они ясно давали понять кто именно преградил путь его Учителю.
– Дальше запретные земли, странник, – вперед вышел лидер четверки. Это легко определялось по плотности его ауры. – Туда нет хода никому.
Травес остановился. Откинув странной формы капюшон, он запрокинул голову и подставил её потокам дождя. Впервые Хаджар видел “настоящее” лицо своего предка.
Каждый раз, когда тот появлялся в его видениях, как Тень, оставленная внутри сознания потомка, то принимал облик, которым сам себя же и наделял. Всегда выглядел, как прекрасный молодой мужчина, которым и был когда-то.
Сейчас же на серое, давящее гранитом небо смотрел видавший виды мужчина средних лет. Его лицо было исчерчено жуткого вида шрамами, а в глазах плескалось граничащее с болью, безразличие к происходящему.
– И сколько вы несете здесь стражу? – спросил он голос, свистящим на манер ветра в низине.
– Последние три года, – ответил лидер. Он явно успокоился, когда не заметил враждебного намерения со стороны странника. – Семнадцатый пост. Принадлежим к Пятой Страже.
– А сколько всего постов?
Лидер уже собирался ответить, но осекся.
– Зачем тебе это знать, странник?
Хаджар видел как крупные капли стекают по лицу Травеса. Они собирались в небольшие дорожки, оставляя за собой полоски влаги. Но не все из них были пресными…
– Десять тысяч лет прошло, страж, – слова дракона звучали тяжело. – Десять тысяч лет, с тех пор как здесь когда-то в мире жило племя Лазурного Облака.
Стоило прозвучать этим словам, как воины обнажили клинки.
– Дай сиг…
Договорить лидер воинов не успел. Травес властно взмахнул рукой. Сперва подняв её к небу, он с силой опустил её к земле. Хаджар, даже учитывая, что это было лишь воспоминание, ощутил невероятную силу.
Что произошло с самими стражами достойно отдельного упоминания. Стоило руке Травеса опуститься, как с неба, в радиусе пяти метров, обрушились огненные наконечники копий. Каждый из них нес в себе силу, сравнимую ударом меча Анис, нанесенного в полную силу.
– Королевство Копья, – тихо произнес Травес.
Воины погибли мгновенно. Атака была не только чудовищной по своей силе, но и невероятной в скорости. Дождь из копий превратил тела драконов, не успевших даже облика истинного принять, в груду из растерзанной плоти, костей и металла. Но, при этом, ни травинки не слетело с земли.
Перешагнув груду изрубленных тел, Травес присел на корточки и провел ладонью над ручьями крови, заструившихся ниже по склону.
– Это даст всходы новым урожаям, – прошептал дракон и пошел дальше.
Сцена перед глазами Хаджара изменилась.
Исчезла дорога и холм. Им на смену пришло поле, посреди которого стоял простой каменный форт. Такие Хаджар видел на своей родине – в Лидусе. Не такие большие и монструозные, как в Дарнасе, а небольшое укрепление, рассчитанное не больше, чем на пятьдесят тысяч личного состава.
Вот только сейчас это здание, некогда сложенное из странных красных кирпичей и камней, было объято яростным пламенем. Поле вокруг, усеянное телами, выглядело озером крови, в которое проливался столь же алые дождь.
