Ну с чего у него такое мнение о себе? Ниже некуда! С чего, с чего… С кого! Вадим, ты… ага, вот то самое! Я и так за многое тебя ненавижу, но за то, как ты с ним обошелся… жаль, мне не по силам тебя прикончить!
Ничего, я и так найду, чем заняться. Например, попробовать вернуть радость в эти зеленые глаза. У меня получится. У него получится. Вряд ли кому-то под силу окончательно сломать такого как Алексей. Ангел мой… Такой усталый, такой гордый и отважный…Такой светлый.
Стоп, она вроде собиралась сделать для него что-то хорошее, а не отвечать на анкету:
«Что в Нем тебе нравится».(Ходило что-то такое по рукам воспитанников Питомника). Собиралась? Вот и займись.
Правда, сначала придется выудить его из ванной комнаты, а это не самая простая задачка: в воде подопечный мог сидеть часами. Такая выходящая из рамок страсть к чистоте сначала ставила Лину в тупик. Первое время она постоянно заглядывала,(ну, подглядывала, ладно!), но подопечный не собирался самоубиваться, а просто замирал под душем, словно теплая текучая вода могла смыть все плохое и печальное…. Если подумать, то он и в себя первый раз пришел при виде моря….
— Алексей!
Ни звука. Только шум воды.
Ну ладно. Будем считать, что молчание — знак согласия….
Лина открыла дверь. Как раз вовремя. Хотя… Алексей как раз натягивал шорты и заслышав звук открывающейся двери, похоже, побил все рекорды по скоростному одеванию…
— Что?! — он нервно обернулся — глаза по блюдцу.
— Послушай. Жалость тут ни при чем. Правда.
— Отлично, и ты врываешься, чтобы мне об этом сказать? — язвительности в голосе Алексея позавидовала бы стая москитов.
— Я еще и не так ворвусь. — пообещала Лина, стараясь не злиться.
— Ясно.
— Что тебе ясно? Если хочешь знать, я думала о тебе уже… давно! Мечтала об этом с первой минуты, когда ты меня увидел! (ну, ради доброго дела и приврать можно, правда? Тем более, что это не совсем ложь…)
— Конечно, как же!
— Просто я старалась держать себя в руках. Ну, ты же не мог сказать мне «нет», и это… нечестно. Я хотела…(пламя Ада, ну куда деваются слова, когда они так нужны!) Я хотела подождать, пока…
— Пока что?
— Пока ты не будешь свободным. Черт, Алекс, из-за тебя у меня весь самоконтроль полетел к… Первый раз за взрослую жизнь! Можешь гордиться!
Почти выкрикнув последние слова, феникс сердито отвернулась. Она же собралась врать! А такое ощущение, что это — правда…Ой…
— Я тебя тоже тогда запомнил. — вдруг проговорил Алексей. — Ты одна смотрела не по-демонски… без злорадства.
Стоп-стоп, это он про что?
— Тогда было вроде как не до того, мир встал на дыбы, сестра превратилась в демона, Вадим… Но тебя я увидел.
Это… это что, еще после захвата Дворца?! Или как там его… Неважно! Он правда ее тогда запомнил?! Алексей… Феникс вдруг ощутила себя девчонкой, получившей мороженое вместо оплеухи — пьянящая радость захлестнула с головой, запенилась пузырьками газа в шампанском…
— Такие глаза не забудешь…
— Стоп! Подожди, не обижайся, но если мне первый раз говорят… ну, такое, я хочу, чтобы это было не в ванной комнате!
Она торопливо схватила его руку… и морской ветер радостно подхватил ее волосы.
— Вот, пожалуйста, море. Солнце.
Алексей почему-то расхохотался. Так неожиданно, и так… заразительно, что феникс рассмеялась в ответ, напугав многострадальных чаек. Не везет птичкам с этим местом!
Первый раз вижу, как он смеется…
— Что ты? — слова еле выговаривались…
— Вспомнилось… кое-что. Из семейной истории. Потом расскажу.
— А сейчас?
— Ну… ты же не за историей меня сюда привела…
Спустя пару часов Лина вытряхивала из волос песок, задумчиво поглядывая на Алексея. Он как-то притих… Перевернулся на живот и не отрывает взгляд от неторопливых, обманчиво спокойных волн.
О чем он думает?
Ну, о чем бы не думал!.. Завтра будет новый день, с новыми тревогами, но один-то день беззаботного счастья он заслужил? Подожди-ка…
— Алексей, ты устал?
— Нет.
— Это хорошо… — протянула она с интонацией «сейчас я тебя огорошу» — У меня для тебя есть небольшой подарочек… Подожди. Я быстро…
— Что?
Через минуту она вернулась, волоча на буксире «подарочек».
Пляж взорвался воплями:
— Ой, солнышко!
— Привет, дядя Алексей! А купаться можно?
— Это пикник, да? А бутерброды будут? А то обед уже кончился…
Ошеломленный «дядя» поймал повесившуюсяся ему на шею Ужин. Завтрак, поздоровавшись, тут же закопалась в песок. Обед без стеснения продолжала выпрашивать «вкусное»… Лина сначала подавила смешок, но ей тут же расхотелось смеяться. Алексей бросил на нее такой взгляд… ну, она всего лишь привела на часок девчонок. Зачем смотреть так, словно она подарила ему сокровище?
— Лина… Спасибо…
Вечером, когда Алексей, наконец, уснул, феникс осторожно высвободила свою руку и встала. Несколько секунд смотрела на него, пока улыбка не сошла с ее лица… Спи…
А я займусь кое-чем… О чем тебе знать не обязательно.
Кожаная безрукавка плотно прилегла к телу, не сковывая движений, от мягких сапожек ни скрипа, ни шороха. Готово.
— Я скоро вернусь, — беззвучно пообещала девушка-феникс. И растаяла…
