Два стражника остаются позади и равняются со мной. Их зовут Тэлфор и Кортни, и они оба хорошо знают свои роли, поэтому их лица выражают умеренную незаинтересованность, хотя я и чувствую на себе их внимательные взгляды.
– Мы бы не затоптали девочку, – спокойно говорит Кортни, и у нее настолько сильный акцент, что мне требуется некоторое время, чтобы понять, что она сказала.
Я киваю, хотя не уверен наверняка, говорит ли она правду.
– Нолла Верин настроена весьма решительно, – добавляет Тэлфор. – Она никогда не сдается. Именно поэтому она так хорошо подходит на роль королевы.
– Решительность – замечательное качество, определенно, – говорю я.
– Та женщина не просто благодарила вас, – вставляет Кортни.
Тэлфор одергивает ее на сишшальском, и Кортни отводит взгляд. Мне прекрасно знаком этот тон старшего по званию, которым подчиненных ставят на место, поэтому я выжидаю некоторое время и обращаюсь к Тэлфору:
– Скажи мне, что она еще говорила.
Я не уверен, что им велели подчиняться мне, но Тэлфор хмурится и оттягивает воротник своей формы. Это говорит мне о многом.
– Передай мне все
– Она сказала, что благодарна вам за доброту, которую нечасто встретишь, – отвечает Тэлфор, и по его взгляду понятно, что он переживает, что сболтнул лишнего. – Возможно, нам следует поспешить. Если вы надеетесь догнать Ноллу Верин.
– Не надеюсь, – я пожимаю плечами, даже не думая пускать галопом измотанную лошадь. – Она слишком быстрая.
Теперь мы едем медленно, и владельцы лавок и уличные работники с любопытством рассматривают нас. Рэн, может быть, и жил отдельно от своего народа, но он бы точно не пытался переехать своих подданных на лошади забавы ради.
Как бы мне хотелось, чтобы принц не появлялся в моих мыслях.
Мне нужно перестать думать, как стражник, и начать думать, как принц. Мне и не нужно ни за кем гнаться по улицам.
Я смотрю на Кортни и слегка улыбаюсь ей.
– У тебя есть монеты? Я прослежу за тем, чтобы тебе их вернули. Я бы не возражал, если бы мы остановились в какой-нибудь местной таверне.
Кортни выглядит шокированной и бросает взгляд на Тэлфора. Мужчина пожимает плечами.
Кортни встречается со мной взглядом и отвечает с робкой улыбкой:
– Хорошо, Ваше Высочество. Я знаю одно местечко.
Мы едим обжаренные ломтики какого-то корнеплода с обжигающе горячей говядиной и кислым красным соусом.
Поначалу Тэлфор и Кортни отвечают мне тщательно подобранными словами и короткими фразами, но они кажутся порядочными стражниками, поэтому я продолжаю вести себя непринужденно. В конце концов, они начинают говорить со мной в той же манере.
– Некоторые думали, что вы вытащите клинок прямо в тронном зале, – говорит Тэлфор, отрезая небольшой кусок говядины. – Захватите власть прямо там.
– В окружении десятка стражников? – спрашиваю я. – Вы тоже считаете меня глупцом?
Кортни издает короткий смешок.
– Другие пытались.
Моя рука, держащая нож, замирает.
– Убить королеву?
– О, да. Такое постоянно случается. Королева может назначить свою преемницу, но если она убита, то тот, кто нанес смертельный удар, по закону становится новым правителем, – смеется Тэлфор.
– И что потом, ждать, когда очередной претендент или претендентка вспорют тебе брюхо? Нет, спасибо.
Я поражен первой частью утверждения и задаюсь вопросом, известно ли об этом Рэну.
Я ненавижу себя за то, что моя первая мысль – снова о Рэне.
Однако стражники правы. Если бы я выхватил меч в тронном зале, я погиб бы еще до того, как добрался бы до Карис Люран. И даже если бы у меня получилось ее убить, я очень сомневаюсь, что присутствующие мужчины и женщины преклонили бы передо мной колени.
– Если бы кто-то убил королеву, – говорит Кортни, и в ее голосе слышится мрачный юмор, – мы бы просто схватили этого человека и позволили Нолле Верин убить его.
– Люди в Силь Шеллоу отличаются верностью, – я отрезаю очередной кусок мяса и запихиваю его себе в рот.
Тэлфор и Кортни обмениваются взглядом, и я осознаю, что они думают, будто я над ними насмехаюсь.
– Скажу честно, – говорю я. – Я здесь всего день, но я вообще не слышал, чтобы кто-то нелестно отзывался о вашей королеве. Я не видел раздосадованных взглядов или каких-то намеков на недовольство королевской семьей.
– Подобное недопустимо, – отвечает Кортни и хмыкает. – Каменная тюрьма заполнена вовсе не лоялистами.
Тэлфор внимательно смотрит на меня.
– Вы успели все это заметить?
– Стражник всегда остается стражником.
Они снова обмениваются взглядом, но на этот раз Тэлфор улыбается.
– Судя по всему, это не всегда так, Ваше Высочество.
Кортни наклоняется через стол. Ее голос становится тише.
– Это правда, что вы владеете магией?
Тэлфор одергивает ее, и я улыбаюсь.
– Все в порядке. Вы можете говорить со мной откровенно.
Они переглядываются, после чего Тэлфор смущенно спрашивает:
– Так это правда?
– Да.
– А можете показать? – просит Кортни.
