Она пропустила все. Появление Багиры, попытки ее интеграции в общество, странные планы Селестии, гибель Блю Флауэр, бойню. Все. Ее Кристальная Империя оказалась в информационном вакууме, слишком далекая от Эквестрии, и никто, ни одна живая душа даже не потрудилась поставить в известность их с Шайнингом о происходящем. Они прибыли — вернее, примчались так быстро, как только смогли — только после получения шокирующего приглашения на похороны Селестии и Луны, а так же более чем пяти сотен погибших. Погибших меньше, чем за день.
Ей и Шайнингу было бесконечно стыдно смотреть в глаза Твайлайт. Их не было, когда они были нужны, и теперь у них не было права вмешиваться или критиковать решения единоличной правительницы Эквестрии, какими бы те ни были.
— Почему, Селестия? Почему ты нас покинула?
Саркофаг был безмолвен, как и положено камню, пусть и зачарованному.
Твайлайт подправила сползшие на нос очки и сцепила пальцы домиком, смотря поверх них на массивную металлическую коробку, выкрашенную в радикально черный цвет.
Единственная абсолютно не пострадавшая часть Багиры, боевого робота, который, как она и боялась, устроила настоящую бойню. Но не просто так, не по причине сбоя или из-за отданной команды, а в месть за смерть своей подруги, маленькой пони по имени Блю Флауэр.
Машина, познавшая эмоции, обе их стороны. Жутко… Жутко страшно, но жутко интересно.
По всем признакам «коробка» была блоком памяти, по типу энергонезависимых немеханических запоминающих устройств. Проще говоря, очень большая, бронированная, противоударная флешка неизвестной емкости, с неизвестной файловой системой. Твайлайт даже не была уверена, что там хранятся пресловутые двоичные данные. С другой стороны, разъемы были знакомыми, пугающе знакомыми.
Да и на корпусе частично сохранилась надпись, вполне даже читаемая.
«PRO…TY…F E…A GOV…T»
Твайлайт не хотела плодить сущности, но… Слишком много схожести для простого совпадения. Внутри машины были и куда более продвинутые накопители, как раз такие, какие и ожидаешь увидеть от супернавороченного военного робота, но вот конкретно этот был словно вставлен просто потому что ничего новее не нашлось. Настолько он выбивался внешним видом, да и метод крепления — на явно вручную сваренной металлоконструкции с самодельными гасителями вибрации — весьма жирно на это намекал.
Было ли это предупреждением их миру? Или же это и вправду просто шутка судьбы? Она не знала, но просьбу своей параллельной версии — попытаться считать данные с носителя, не повреждая его — собиралась выполнить. В любом случае, это интересный и относительно безопасный проект.
Приняв решение, Твайлайт аккуратно подключила кабель последовательного интерфейса и питания. Спустя несколько секунд ноут оповестил ее об обнаружении нового оборудования, для которого не нашлось драйверов.
Ну, это было бы слишком просто.
Хмыкнув, девушка с хрустом размяла пальцы — давненько у нее не было интересных мозголомных задачек. Ковыряние в неизвестной файловой системе было поистине легендарным вызовом ее навыкам.
«Самый страшный враг — враг, мстящий за своих близких»
Такой надписью встречала любого посетителя Багира, чей корпус собрали по кусочкам и установили на постамент в центре Леса Смерти. Безжизненная боевая машина стояла в агрессивной позе, оскалившись, широко расставив лапы, между которыми лежало вырезанное из гранита тельце маленькой кобылки.
Блю Флауэр была захоронена здесь же. На этом настаивали многие, и те, кто несмотря ни на что сочувствовал странным друзьям, и те, кто суеверно опасался появления мстительного духа. Сама Твайлайт не сопротивлялась — просто подмахнула соответствующий приказ и забыла.
Стремительно ржавеющее шасси тигрицы собирала Флаттершай, позже к ней присоединилась все еще грустная Пинки, другие сочувствующие. Накладывать заклинания никто не решился, поэтому работали как в старину — наждачкой, кистями, красками. Детали скрепляли, сваривая металл — среди собравшихся затесался и один дракон, на все вопросы лишь отмахивающийся.
Для него машина просто была символом силы, которой нашлось применение. Что сказать, разумные разные бывают.
Багира вышла не очень похожей на себя настоящую — слишком сильными были повреждения, полученные как в последнем бою, так и до него, когда магия корежила и рвала прочнейший металл, формируя новое тело для сгорающей в пламени мести и ненависти души. Непохожей, но в то же время столь же угрожающей, в чем-то даже красивой, как и положено хищной кошке. Тем необычнее смотрелась композиция, когда к ней добавили Блю — угроза сразу получила цель.
Ровно то, что и произошло.
Воистину нет страшнее кошки чем та, кто защищает своих котят.
За памятником ухаживали, следили, даже защитили от вандалов, которые объявились довольно быстро — буквально на следующий после завершения работ день кто-то свернул тигрице голову, а остальное тело облил красной краской. Виновника не нашли — его и не искали, спустив дело на тормозах. Ну а через месяц неподалеку от Багиры установили небольшую сторожку, которая почти никогда не пустовала.
