– Да. Именно. Насколько нам известно, Фор собирался отослать тебя обратно, если Мифатов тут же не отправят в Мифанар. Потому отец и решил прислать меня. Он подумал, что если во власти Короля Теней окажется принц, то он это воспримет как верный признак того, что Гавария намерена чтить этот союз.
– Но отец его чтить не станет.
– Конечно, станет. – Теодр скрещивает руки на груди своего расшитого золотом дублета. – А если нет, тогда я не… ну в смысле, я же здесь, верно?
– О чем я и говорю. Мы оба знаем, что наш отец никогда не пришлет Мифатов. Они – его самое сильное оружие, средство, благодаря которому он держится за свой трон, за земли, за саму жизнь. Так с чего бы ему рисковать, отсылая хоть часть их в другой мир? Ради Ильсевель он мог это сделать. Но я не уверена, что он пойдет на такое ради кого бы то ни было еще. Даже ради тебя.
Уголки губ Теодра опускаются вниз.
– Не ради меня лично. Но ты же знаешь, как отец одержим продолжением рода и тому подобным. Он хочет оставить наследие для грядущих поколений.
– А ты уверен, что ты настолько ценен, как тебе кажется?
– Послушай, Фэрейн, когда это ты стала такой мелочной? Я очень стараюсь не обижаться, но…
– Это не мелочность, Теодр! Тебя, может, не заковывают в кандалы и не сажают за решетку, но не думай: ты здесь все равно пленник. Если отец не пришлет Мифатов…
– Пришлет!
Я закрываю рот и стискиваю зубы. Какой смысл продолжать? Наш разговор ходит кругами. В любом случае я не знаю, чему верить. Быть может, я просто не вижу полной картины. Я глубоко вздыхаю и опускаю глаза на свои ступни. Из-под покрытой вышивкой каймы моего красного платья выглядывают изящные, расшитые бисером туфельки. Вышивка изображает узор в виде чешуи. Драконьей чешуи. Ну разумеется.
– Слушай, а это не та девчонка, что была там той ночью? Ну, в смысле, когда на нас напали всадники на единорогах.
– Девчонка? – я поднимаю глаза, мне любопытно, кого это Теодр может иметь в виду. – Боги, Теодр! – ахаю я, когда понимаю, куда обращен его взор. – Прошу, не позволяй ей слышать, как ты зовешь ее девчонкой. Это Хэйл, она капитан королевской стражи. Ну или по крайней мере была им. Теперь она мой личный телохранитель.
– Правда? – Теодр тихонько присвистывает, его глаза бегают вверх и вниз по могучим очертаниям отточенной битвами фигуры Хэйл. – Я бы многое отдал, чтобы такая женщина охраняла мое тело.
Я презрительно скалюсь. Не говоря ни слова, я разворачиваюсь и шагаю по коридору, то входя, то выходя из кружков света, отбрасываемых висячими камнями лорста. Теодр издает вопль и спешит меня нагнать.
– Куда это ты так торопишься? – спрашивает он, чуть запыхавшись. Когда я не отвечаю, он продолжает: – Наверное, нам лучше держаться вместе, да? Так безопаснее? Ну в смысле, мы ведь единственные люди в мире, полном троллей…
– Трольдов. – Я резко останавливаюсь и вновь разворачиваюсь к нему лицом. – Они трольды, Теодр. Они не являются и никогда не являлись троллями и предпочитают, чтобы их не называли столь обидным словом. – Я скрещиваю руки на груди, уставившись на него суровым взглядом. – И один лишь тот факт, что мы – единственные люди, не означает, что мы обязаны проводить время в компании друг друга.
Мой брат пораженно моргает. Он открывает рот, чтобы выдать очередные аргументы или оправдания, но терпение у меня кончилось. Я не та кроткая, маленькая принцесса-тень, которую он когда-то игнорировал или третировал по своей прихоти. Я отворачиваюсь, намереваясь оставить его здесь. Но я и десяти шагов не успею сделать, как он выкрикивает мне вслед:
– Фэрейн!
Я останавливаюсь.
– О… о той ночи. – Он мягко прочищает горло. Я слышу, как подошвы его сапог шаркают по камню, которым выложен пол. – Той ночи, когда тролли, эм, трольды прибыли в Белдрот. Ты помнишь?
Я скриплю зубами.
– Да, Теодр. Я помню.
– Я не собирался тебя бросать.
Меня будто железным прутом по спине ударили. Я слишком отчетливо помню, каково мне было, когда мой брат выскочил из нашей кареты. Сперва вспышка облегчения оттого, что он унес от меня подальше свой ужас, давая мне шанс снова вздохнуть свободно. А затем прилив паники, когда я поняла, что он бросил меня одну, совершенно беззащитную перед окружающими нас врагами. Руки сжимаются в кулаки. Я делаю медленный вдох.
– Ну не мог же я как следует взмахнуть мечом внутри той тесной кареты, – слова буквально слетают с его губ. – Я подумал, что лучше мне выйти и как-то дать бой. Но только я вышел, как меня сшибли с ног, и я покатился вниз по склону. К тому моменту, как я пришел в себя, все уже… ну, по большей части закончилось.
Оправдания. Оправдания, которые могут – или же нет – быть основаны на правде. Не знаю. В эту секунду мне все равно.
– Уверяй себя, в чем хочешь, Теодр. – Я оглядываюсь и в последний раз смотрю ему в глаза. – Но знай вот что: ты должен быть осторожен. Если тебя снова сшибут с ног, то не рассчитывай, что кто-то опять прискачет и спасет тебя. – Я понижаю голос и пристально смотрю на него из-под нахмуренных бровей. – Мы в Подземном Королевстве одни, брат мой. Так что будь осторожен.
