Лишь развернув голову своего скакуна к воротам, он бросает на меня последний взгляд. Всего на миг наши глаза впиваются друг в друга, невзирая на расстояние. В эту секунду я чувствую, что мои силы будто вновь пробудились. Земля под ногами гудит, сами стены дворца, город, каверна… все словно вибрирует в унисон с моими костями и кровью, когда эта волна вновь установившейся между нами связи проносится по моему сердцу. Я чувствую его любовь. Его вину. Его страх. Мне больно, но я хочу этой боли. Я хочу ее ощущать. Потому что она – его, а он – мой. Я не морщусь, не пытаюсь укрыться. Я позволяю ей течь через мое тело, сотрясая меня до мозга костей.
Затем он поворачивается вперед и выезжает из двора, его воины следуют за ним. Оказавшись за стенами дворца, они взмывают в воздух, длинным темным потоком летят над городом, над пропастью – и прочь.
– Должен сказать, Фэрейн, ты хорошо выглядишь.
Я моргаю. Мои глаза несколько ослепил свет мерцания, льющийся с потолка каверны, так что мне сложно вновь настроиться на мир, находящийся ближе ко мне. Очевидно, прочие представители двора уже разошлись, и я в одиночестве осталась наблюдать за тем, как отбывают мой муж и его всадники. Я была так поглощена попыткой до конца не терять Фора из виду, что и не заметила, как они ушли.
Не заметила я и того момента, когда мой брат поднялся по оставшимся ступеням, чтобы встать рядом со мной. Его руки сложены на груди, шляпа сдвинута на затылок, открывая его великолепно вылепленное лицо. Я холодно смотрю ему в глаза. Мы впервые остаемся наедине в компании друг друга с тех пор, как он привез меня из Монастыря Норналы, чтобы я смогла притвориться нашей покойной сестрой и выполнить соглашение Гаварии с Подземным Королевством.
– Ты хочешь сказать, что я снова похожа на себя?
Теодр морщится. Его щеки заливает легкий румянец.
– М-м, да. И это тоже. – Он потирает шею, взбивая тонкий кружевной воротник, чтобы тот стоял торчком. – Мне кажется, Король Теней не слишком-то расстроился из-за маленькой хитрости нашего отца, а?
Я сглатываю желчь и отвечаю лишь:
– Не слишком. Нет.
– Ну вот и славно. – Теодр вздыхает и улыбается. – Должен сказать, – жизнерадостно продолжает он, – быть может, я просто романтик, но я нет-нет, да и подумывал, что между тобой и Фором установилась какая-то связь. Та поездка до Белдрота – боги! Я никогда не слышал, чтобы ты так трещала, как тогда! А потом, ну знаешь, вы же как-то вечером танцевали.
Я удивленно выгибаю бровь. Даже Ильсевель, с которой я всегда была близка, не заметила искру, разгоревшуюся между мной и Фором после нашей первой встречи. Не ожидала, что мой эгоцентричный старший брат может заметить хоть что-либо, находящееся дальше его идеального носа.
Решив не отвечать, я разворачиваюсь и вхожу во дворец. Теодр спешит за мной. Высокие каблуки его сапог громко стучат по полированным полам.
– Должен сказать, это вот все куда просторнее, чем я ожидал! – заявляет он. – Все эти каверны и сталагмиты, это понятно, но города и дворцы? И все такое масштабное? Впечатляет. Водные пути тоже были довольно любопытны, ты заметила? Не слишком-то хорошо ими управляют, но я слышал, что тут было несколько землетрясений, отчего нормальный ход вещей был несколько нарушен, и…
Я резко останавливаюсь.
– Теодр, зачем ты здесь?
– В каком это смысле? – В свете лорста он кажется бледным, под глазами залегли легкие тени.
– Зачем ты здесь? В Мифанаре. Зачем отец именно тебя из всех людей послал передать свое сообщение?
Он хмурит брови.
– Ну, хочется думать, это потому, что он мне доверяет. Я же наследный принц, как-никак.
– Именно. Ты – наследный принц. Ты последний, кого отцу стоило бы посылать.
– Погоди, мне кажется, ты ко мне как-то несправедлива…
– Ты разве не понимаешь? – Я качаю головой. Неужели он и правда настолько туп? – Фор выбрал Ильсевель своей невестой потому, что все знали: она – любимица отца. Ильсевель должна была не только скрепить союз, но еще и послужить гарантией того, что отец выполнит свою часть сделки.
– Ну да, и что? – Теодру будто становится не по себе. Он снова теребит свой воротник. – Пожалуй, все так и было, но в конце концов, возможно…
– Мы все знаем, что я не страховка. Ради меня отец не сделает ничего такого, что причинило бы ему неудобство.
Теодр пожимает плечами.
– Ну, наверное, раз уж тебе угодно говорить начистоту…
– Но это не объясняет того, почему здесь ты.
И вновь брат тупо смотрит на меня.
– Союз скреплен, – настаиваю я. – Всецело.
Он моргает.
– Брачный ритуал завершен.
К моему удивлению, по щекам Теодра поднимается румянец.
– Моя дорогая сестрица, нам незачем сейчас вдаваться в такие подробности, верно ведь…
– В тот же миг, как брачный ритуал был завершен, союз оказался скреплен, – продолжаю я, перебивая его нервный вздор прежде, чем он выставит себя полным идиотом. – Оковы письменных чар вынуждают Фора сдержать слово. Что бы ни случилось.
С губ Теодра срывается резкий вздох.
– Ну вот и славненько! – признается он. – Просто никто не был уверен, что магия действительно сработает, что он, что вы двое, что все…
– Свершится.
