Рэй и Дик переглянулись. Обоих занимала одна и та же мысль: насколько толста здесь корка льда и что под ним — земля или вода? Дик посмотрел на карту.
— Мы сильно отклонились к океану, — сказал он. — Но насколько сильно, я не знаю.
«Паломник» погружался в клубах пара — корпус корабля все еще был слишком горяч.
— Долгой зимой у побережья все промерзает на несколько сот метров, — прошептал Рэй.
— Будем надеяться…
Прошло еще несколько секунд — экран наблюдения теперь показывал темную талую воду, в которую опустился борт корабля, и с каждой секундой эта вода делалась все темнее — «Паломник» осел в проплавленную шахту почти до верха. А может, и не почти…
Наконец движение вниз прекратилось. Дик расстегнул захваты, выбрался из кресла и со стоном потянулся. А потом вдруг крикнул во всю глотку и запел.
Рэй так удивился, что забыл, как отстегиваться. Он впервые в жизни видел человека, который орет с нихонским акцентом «Хава-Нагилу» и танцует при этом джигу.
Поединок «Паломника» со службами планетарной обороны шел со счетом 2:0 в пользу «Паломника», и Моро было где-то даже приятно видеть молчаливую ярость надутых вояк. О, конечно, если бы перед ними стояла задача уничтожить корабль, от «Паломника» не осталось бы и атомной пыли. А Моро поставил им слишком жесткое условие — не подвергать жизнь тех, кто находится внутри корабля, ни малейшей опасности. Так что Дику пока было вольно швыряться контейнерами в станции планетарной обороны. Командир «Гэнбу» был потрясен до глубины души, когда по остаткам уничтоженных ракетами «снарядов» увидел, чем именно в него запустили.
А теперь Моро выдал воякам еще одну порцию огорчения.
— Данной мне властью я приказываю вам свернуть преследование, — сказал он. — Задача станции «Гэнбу» — локализовать падение «Паломника». Только локализовать — не делать никаких попыток захватить корабль с экипажем, не выходить на связь.
— До какого времени? — спросил коммандер Дайан
— Пока я не вернусь.
— И как скоро это произойдет?
— В течение ближайших трех суток.
— Что делать с этим вашим рейдером?
— Ничего. Я забираю его с собой. Кстати, вернусь я с рейдерским десантным ботом, поэтому подготовьте мне коридор.
— С рейдерским десантным ботом??? — вояка на миг утратил контроль над собой. — Лесан, вы знаете законы!
— Я знаю их не хуже вас, господин Дайан. Я лично проведу бот через дискретную зону. Его пилот не будет инициирован.
— Вы уже нарушили закон, — поморщился Дайан. — Мальчишка с «Паломника» был инициирован до Картаго.
— Ну и что? Он будет нашим или будет мертвым. Пусть он вас не волнует, господин Дайан.
Субкомандор фыркнул, вызвал адъютанта и велел ему передать ансибль-пакет на «Гэнбу».
— Зачем вам рейдеры? — спросил он, когда адъютант вышел.
— Это вне вашей компетенции, — качнул головой Моро.
Рейдеров не любили — терпели. В прежние времена такую шваль на парсек не подпустили бы на к Картаго, а сейчас, когда не хватало пилотов, приходилось идти и на это. Но пустить рейдеров на планету — это было что-то неслыханное!
Моро сам с удовольствием избавился бы от Джориана, сунув ему что-нибудь в зубы — например, плазменный заряд. Но он не мог рисковать, не мог позволить кланам вмешаться в дела тайсёгуна.
Он не верил в затею Лорел, не верил даже теперь, посвятив шесть лет поиску. И Лорел знала это, и доверила поиск ему. Почему? Да вот именно поэтому, как ни парадоксально. Если бы на «Гэнбу» знали, что за сокровище находится на «Паломнике», по кораблю незамедлительно шваркнули бы гравитационным импульсом на полную мощность, а потом для верности прошлись бы там термозарядами — чтобы с гарантией не осталось образцов ДНК. Потому что командир «Гэнбу» принадлежал к клану Кесу, который поддерживал Кордо обеими руками. Да и Дайану, который был вроде бы из лояльного Шнайдерам клана Гора, и его командиру Мардукасу Моро не мог доверять окончательно. Поэтому ему нужны были рейдеры.
— Не много ли берут на себя синоби? — спросил Дайан.
— Не больше, чем им дают, — улыбнулся Моро. И Дайану оставалось только проглотить эту улыбку. Потому что «карт руж» — это полномочия, выданные даже не Шнайдерами, главами Советов Войны и Мира, а лично Солнцем Керетом, верховным правителем Вавилона. А значит, Моро носился не по делам какого-то клана, пусть даже и самого влиятельного, а по делам того, на кого разбитый и загнанный в глухой угол дом Рива полагал свои надежды.
Ошибкой было открывать шлюзовую камеру, но что уж поделаешь…
— Почему не разбудили меня? — спросил Дик.
— Сэнтио-сама очень устал… — пробормотал Актеон. — Мы не хотели будить.
Дик сказал бы ему, куда благими намерениями вымощена дорога, но тэка и без того выглядел прибитым. Остин и Актеон и в самом деле не хотели ничего плохого — только посмотреть, насколько серьезно заклинило от падения наружный шлюз. Шлюз заклинило достаточно серьезно, и тэка взялись его чинить. Ну, и починили… Открыли, чтобы проверить, как работает — и в корабль тут же хлынула вода.
