– Как раз с этим проблем не должно возникнуть, – Оларф нахмурился. – Они обязаны мне. Астор обязан жизнью, Иерра поклялась выполнить все, о чем бы я ее не попросил.
– Не по душе мне это. Мы же говорили о том, что участие в этом походе может быть только добровольным, а напоминать им о долге жизни – жестоко, – возразил Велор.
– Зато справедливо. Я не говорю про Астора, ему ни о чем и напоминать не придется: если он узнает о предстоящей миссии, он сам предложит свою помощь. Я успел поговорить с ним и вижу, что он благодарный. Меня разозлила Иерра.
Взгляд Оларфа стал тяжелым. Он сложил руки на груди и откинулся на спинку кресла.
– Знаешь, когда она притащила сюда этого умирающего жреца, его жизнь она ухитрилась превратить в предмет торга. Она умоляла меня его спасти, обещала сделать все, что угодно, лишь бы я согласился его лечить. Дала мне магическую клятву. Она была уверена в том, что я не стану ничего делать просто так, и с ее стороны это была своеобразная плата, – сказав это, Оларф горько усмехнулся. – Неужели эта девчонка решила, что я оставлю раненого умирать на крыльце своего дома? Ей даже просить ничего не нужно было, но нет – в ней говорила гордыня.
Велор прекрасно понимал чувства благородного Оларфа, которого оскорбило поведение девушки. Но он, покопавшись в воспоминаниях жреца, догадывался, почему она вела себя именно так.
– Эльфы удерживали ее в плену. Они пытались выведать секрет перемещения между мирами. И ей лишь чудом удалось сбежать от них.
Владыку неприятно поразили слова Велора. Его покоробило то, что девушка находилась у эльфов против своей воли.
– Согласен, они поступили с ней скверно, – задумчиво произнес Оларф. – Но она уже достаточно взрослая, чтобы понимать, что эльфы, как и люди, бывают разные. Ты лучше скажи, их попытки узнать оказались успешными?
– С ее слов – нет, – ответил Велор.
– Ну, они ведь и без этих знаний могли попасть в другие миры, верно? С помощью самой Иерры?
– Думаю, нет. Она сама может перемещаться между мирами, может даже переместиться вместе кем-то, но она не может одна отворить врата миров, чтобы прошли все. Ей для этого нужен помощник, который будет держать врата с противоположной стороны. Эльфы поступили с ней плохо, и нет ничего удивительного, что она отнеслась к тебе с недоверием. Не следует винить ее в этом.
– Знаешь, в ней есть какое-то зло, – нехотя озвучил свои мысли король. – Не могу сказать ничего определенного, но я чувствую это.
Волшебник встал и подошел к резным перилам веранды.
– В этом-то все и дело. Понятия не имею, как много ей пришлось пережить и что толкает ее к злу. Факт остается фактом – она могла бы быть нам полезна. Возможно, настанет час, когда это ее внутреннее состояние сыграет нам на руку, – закончил свою мысль Велор. – Я вот только не уверен, что она захочет пойти.
Оларф начал понимать, куда клонит маг.
– Если пойдет Астор, она все равно увяжется за ним, еще будет просить, чтобы взяли. Так что захочет. А клятву ее я на другой случай приберегу. Эта клятва могла бы нам понадобиться лишь при тех обстоятельствах, о которых говоришь ты. Если дела пойдут плохо и потребуется человек, способный втереться в доверие к врагу, – Оларф сделал несколько глотков из белой чашки.
– Что ж, я рад, что мы определили еще двух участников похода, – довольно сказал Велор.
– Мы, действительно, не знаем, что встретиться вам на пути, и возможно ты прав, Иерра и Астор могут вам пригодиться. Теперь нужно думать, какой путь вам выбрать.
– Соберем еще одно собрание и вместе решим. Но сначала дождемся, что скажут отправленные в разведку воины, – Велор задумался и надолго замолчал.
Нависнув над перилами, он наблюдал за тем, как ветер гоняет по земле высохшие листья.
Сон никак не шел. Иерра лежала на кровати с открытыми глазами и смотрела на полоску лунного света, прокравшуюся в комнату через неплотно прикрытые шторы. В помещении было немного душно, и она предпочла бы открыть окно, но опасаясь за здоровье Астора, решила этого не делать: ночная прохлада могла плохо повлиять на ослабевший после ранения организм. В том, что Астор поправится, она теперь не сомневалась, он пришел в сознание, температура спала, и теперь оставалось лишь ждать, когда затянутся раны.
Иерра повернулась на правый бок и подперла голову рукой, облокотившись на подушку. Она скользнула взглядом по резкому профилю Астора. Сейчас, когда он спал, можно было сколько угодно смотреть на дорогое ей лицо, разглядывать каждую морщинку в уголках его глаз, угадывать ямочку на подбородке на обросшем многодневной щетиной лице, перебирать в пальцах его черные волосы.
Когда она изъявила желание жить с ним в одной комнате, эльфы лишь обменялись быстрыми, удивленными взглядами, но ничего не сказали. На самом деле, стоявшая в комнате кровать была поистине королевских размеров, и Иерра могла спать спокойно, не опасаясь потревожить раненого. Зато она в любой момент была рядом, чтобы в назначенный час разбудить его и напоить зельем. Так было удобно и ей было все равно, что подумают о ней эльфы – она о них вообще не думала.
