Он без слов понял, почему Астора это интересует. Самым верным решением было бы встретить попавшую в пещеры часть отряда у выхода, конечно, если тем вообще суждено оттуда выйти.
– Сейчас соваться туда нет смысла, предлагаю дождаться вечера в лесу и понаблюдать, – продолжил он.
Астор кивнул и обратился к девушке.
– Какой сегодня день, Иерра? – потребовал ответа он, чувствуя что-то неладное.
После недолгой паузы она честно ответила:
– Не знаю. Но уверяю тебя, что разница не очень большая.
– Они ведь могли давно выйти оттуда, – продолжил строить догадки жрец.
– Не могли. Я же тебе говорю, я могла на день ошибиться, не больше, – заявила Иерра увереннее, чем была на самом деле.
К тому времени, когда путники добрались до ельника, у Астора появилась стоящая, как он считал, идея. Выбрав удобное место, они сели и наспех перекусили.
Иерра уныло жевала вяленое мясо, поскольку любимые ей сыр и яблоки остались в рюкзаке у Мирко.
– Думаю, нужно войти в транс и попытаться «увидеть», где сейчас находятся наши друзья, – обращаясь к Иерре, сказал Астор.
Иерра кивнула.
– Я попробую, – пообещала она.
Девушка взяла протянутую ей Астором бутылочку. Иерре не нужно было объяснять ему, насколько это сложно. Но было понятно, что выбора у них нет, и следует попытаться. На самом деле в данный момент ее очень тревожило, в какой день они переместились.
«А что если мы шагнули слишком далеко в будущее и путники, как предположил Астор, уже покинули пещеры Эром?» – она мучилась этим вопросом, но делиться своими опасениями с мужчинами не спешила.
В конце концов, она решила, что, в крайнем случае, попытку переместиться можно повторить, и сосредоточилась на своих ощущениях. Выпитое зелье начинало действовать, жрица постепенно входила в транс, устремляясь мыслями в пещеры.
Она сидела на земле неподвижно, и со стороны могло показаться, что она даже не дышит. Мевир с Астором с интересом наблюдали за ней, поскольку заняться все равно было нечем. Так продолжалось довольно долго, пока неожиданно тишину не нарушил Мевир.
– Астор, посмотри на нее, она становится все бледнее и бледнее! Выводи ее из этого транса, – нерешительно сказал он.
Мевир не знал о магии ровным счетом ничего и понятия не имел, как это должно происходить, но появившийся у девушки нездоровый цвет лица наталкивал на мысли, что все идет не совсем так, как должно быть.
– Я тоже заметил, – сказал Астор. – Она теряет силы.
Жрец уселся перед ней на корточки и взял ее лицо в свои руки.
– Иерра… – позвал он.
Судорожно вздохнув, девушка очнулась от прикосновения.
– Ты в порядке? – обеспокоено спросил Астор.
– Да, – тихо ответила Иерра.
В ее глазах были усталость и разочарование.
– У меня получилось, – сказала она. – Но там что-то есть, понимаешь. И это что-то сильнее меня, оно мешало мне. Но мне удалось узнать, что они живы и все еще находятся в пещерах.
– Значит, нужно разведать обстановку у входа, – сказал Мевир. – Идти им на встречу смысла нет, потому что велика вероятность разминуться в бесконечных переходах. Мы сможем дождаться их где-нибудь недалеко от входа.
– Да ты прав, – согласился Астор. – Попробовать зайти внутрь нужно, хотя бы для того, чтобы убедиться, что наших друзей там не ждет засада.
Астор с Мевиром выразительно переглянулись. Эта мысль уже не единожды посещала каждого из них.
– Лучше, когда стемнеет, чтобы подойти к воротам незаметно, – ответил Мевир.
Астор согласился.
Иерра, у которой от усталости слипались глаза, заявила:
– Хорошо. А сейчас вы как хотите, а я спать лягу: ощущаю себя выжатым лимоном.
По девушке было видно, что скудные сведения ей дорого дались, лицо все еще оставалось бледным, а взгляд рассеянным.
Солнце медленно, но верно, катилось к горизонту.
– Жаль, что Иерра не доучилась колдовскому искусству. Она могла бы открыть портал, и мы не гадали бы сейчас, в какой день мы попали. Мы бы четко знали, что если нашим друзьям суждено оттуда выйти – то ждать их только через три дня следует. Эх, вот Найлин смогла бы, – посетовал жрец, бросив взгляд в сторону спящей девушки.
Мевир напрягся:
«Опять это имя».
Он внимательно посмотрел на Астора и произнес:
– Кто это? Найлин? – он решил, что сейчас этот вопрос будет вполне к месту.
– Чародейка, которую я люблю, – ответил Астор, его взгляд уперся в землю, и стал тоскливым. – Я не видел ее со времени нападения врагов на Сафир. Она в то время находилась в соседнем королевстве и лечила больного малолетнего принца. А я выполнял задание верховного жреца. Благодаря тому, что нас не было в городе в те роковые дни, мы остались живы, но поначалу для меня это казалось пыткой. Мне пришлось прятаться от врагов, и лишь осознание того, что Найлин жива, помогло мне отказаться от мысли отомстить врагам и погибнуть в бою.
– А как же Иерра? – изумился Мевир. – Я думал, что вы с ней.… Что ты ее любишь.
– Через некоторое время после падения Сафира, я узнал, что Иерра тоже осталась в живых и сумела сбежать от врагов. После долгих поисков я нашел ее. И да, я люблю Иерру, конечно, – улыбнулся Астор. – Только по-другому. Я к ней как ребенку отношусь, понимаешь?
