– Уверяю тебя, это особый случай, – несколько раздраженно ответил Фаруэ.
Затем он продолжил:
– Мужчину отнесли в больничное крыло. И хотя целители, осмотрев его, сказали, что видимых повреждений нет и температура тела в норме, он бредит. В этом, наверное, не было бы ничего необычного. Ну, допросили бы его, когда в себя придет, на этом бы все и закончилось. Думаю, без необходимости и мне бы докладывать не стали, если бы не одно обстоятельство: в бреду он звал Иерру.
Фаруэ сделал паузу, чтобы посмотреть, как отреагирует на его слова Найлин.
– Вот-вот, вижу, что тебе уже становится интереснее, – улыбнулся он.
Чародейка ничего не сказала, но в ее взгляде появилось беспокойство.
– Когда мне об этом доложили, я заинтересовался. Велел одному из чародеев навестить незваного гостя и покопаться у него в голове. Каково же было мое удивление, когда чародей, вернувшись, сообщил, что не может прочесть его мысли. Он предположил, что этот человек и сам является магом – никак иначе свое неумение он оправдать не сумел. Я и других чародеев посылал, и они вернулись с тем же результатом.
Фаруэ провел рукой по волосам и окинул помещение задумчивым взглядом.
– В общем-то, не удивительно – в Сафире сейчас нет сильных магов. Пришлось бы кого-нибудь приглашать из Азарада, но к счастью, меня проинформировали, что здесь находишься ты. К слову сказать, как ты оказалась в Сафире? Ты ведь решила покинуть город?
– Не думаю, что великому королю будет интересно слушать о моих личных мелких интересах, – уклонилась от ответа чародейка.
– Ладно, не хочешь – не говори, – спокойно ответил Фаруэ. – Продолжу свой рассказ. Одному из чародеев я велел оставаться рядом с этим человеком днем и ночью. Несколько раз мужчина приходил в сознание, и выяснилось, что на нашем языке он не говорит. Чародей попробовал общаться с ним телепатически и узнал от него очень странные вещи. Он сказал, что сюда его из другого мира переместила Иерра, сказал, что она в смертельной опасности. Найлин, мы-то с тобой знаем, что есть только одна Иерра, способная путешествовать между мирами. Мне известно, что ты дружила со жрецами Арего. И даже была подругой одного из них. Тебе ведь небезразлична судьба этой девушки?
– Мне нет, – довольно резко ответила Найлин. – А тебе? Тебя больше не устраивает та самозванка, которая сейчас сидит на ее троне? Даже если этот мужчина как-то связан с настоящей Иеррой, какое тебе до нее дело?
Фаруэ снова улыбнулся. Казалось, его не раздражают неудобные и провокационные вопросы Найлин.
– Я совершенно не скрываю, для чего она нужна. Ни от тебя, ни от кого-либо другого. За ее поимку, если ты вдруг не знаешь, я даже назначил награду. Мне нужен секрет перемещения между мирами. И я был невероятно близок к тому, чтобы его получить. К сожалению, мой главный чародей, Эонель, упустил ее – девчонка сбежала. Возможно, этого мужчину следовало просто убить, не знаю, – продолжил Фаруэ. – Но сначала я хочу понять, что все это значит. Не исключено, что у нас появился шанс ее найти. Думаю, тебе тоже выгодно докопаться до истины. Как я уже говорил, незнакомец уверял, что девушка в большой опасности. Как знать, возможно, мы будем в состоянии ей помочь. Я обещаю, что как только получу нужные мне знания, отпущу ее.
Найлин не собиралась сообщать эльфийскому королю реальное положение дел: Астор и Иерра нашли способ передать ей весточку, они втроем собирались переместиться в другой мир, но что-то пошло не так, и в условленное время жрецы не явились. Она не исключала, что эльфийский король об этом уже знает, и именно из-за его действий сорвалась их встреча.
– Честно сказать, Сафир – последний город, где я бы стала искать Иерру или Астора. Все это очень странно, – с сомнением сказала Найлин.
Фаруэ, в свою очередь, не стал сообщать чародейке о том, что эльфы нашли то место, где долгое время скрывались двое жрецов. Он не рассказал и о том, что нашедшие их воины погибли все до одного.
Эльф решил, что это тот самый случай, когда нужно действовать хитростью, а не силой.
– Что ж, у тебя есть прекрасная возможность разобраться во всем самой, и помочь мне понять, что тут происходит, – сказал эльф. – Только не забывай о том, что он может быть как ее другом, так и ее врагом.
Фаруэ встал, давая ей понять, что аудиенция закончена.
– Я прикажу слуге отвести тебя к нему в палату.
Найлин с интересом рассматривала спящего мужчину. Чародейка мысленно отметила, что Фаруэ описал его довольно точно. Но сейчас красоту его лица омрачал болезненный вид: оно имело сероватый оттенок, а под глазами были темные круги.
Найлин попробовала заглянуть в его сознание. Сначала это было похоже на легкое касание; после того, как она наткнулась на глухую «стену» – на целенаправленное вторжение. Не помогло ни то, ни другое – она не смогла покопаться в его сознании так же, как и несколько чародеев до нее.
«Возможно, зря Фаруэ обвинил их в бездарности», – подумала она.
