Густые кусты, окружавшие со всех сторон горное ущелье, выгорели до корня, образовав огненное кольцо. Тени оскалились на него ещё сильнее.
Арт провернулся ногами, аккуратно обходя какими-то неэльфийскими движениями тела лежащих учеников Академии и тут даже были эльфы из города ниже! Его действия так же не походили и на те защитные заклятия, которым обучали в армии. Что же это было?
Всё тело Сумрака сейчас куда больше походило на ворота. Ворота, в которые разом прошли и встали души всех предыдущих охотников. Только этот — не был охотник на эльфов. Но охотник на Теней. Глаза раненных эльфов уставились недвижимо и шокированно в пустоту неба.
Одного из них Сумрак узнал и лично закрыл ему глаза своей голой ладонью, на которой с кожей сгорела перчатка Фила. Но запах своей сожжённой кожи и угля нисколько не притупил его обоняние или чувства. Наоборот, эльф бросался вместе с эфирным пламенем за своей спиной вперёд.
— Схватить и убить!
— НЕТ! — ученики замолчали от одного случайного взгляда Сумрака. Ему перехватили горло, так что едва мог дышать. Крикнувший, видимо был руководителем отряда. Он выволок теневого на середину поляны.
— Огненная тень, значит? Но до настоящей Тени тебе далеко. Тени лишены всего. У тебя же всё есть.
— Как же… Мне Жаль, — вместо мольбы о прощении, эльф со слезами сквозь метки улыбался ошеломлённому врагу, прижатый к земле.
— Ты и правда, самый слабый. Жалкий ошмёток этой Вселенной! Я уничтожу тебя! — тень поднялась струёй в воздух и унесла эльфа следом, что его ноги не доставали земли. Сумрак горел и задыхался, в то же мгновение сжигая всё поле далеко под ними, пока его тело поднимали всё выше и выше. Горели вместе с вражьим полчищем уже мёртвые эльфы, городские дети, случайно попавшие в это побоище старики и воины армии, которые уже никогда не увидят солнце. По лицу эльфа скатывались, превращались в красные ожоги на щеках слёзы, он смотрел на своего врага, как мечтал когда-то смотреть на Лонка. И улыбался.
Солнце в Сумеречном лесу начало садиться за вонючее болотце Тёмных, бывшее когда-то озером, пока за ним ухаживали Светлые эльфы. Вот так же бесшумно и он растает в темноте. Эта судьба была прекрасной для теневого эльфа. Для Сумрака, прекрасной для Артёма, вечно живущего в его душе. Он услышал сквозь исчезающее сознание, умирая с прожжённой и пробитой шеей:
— А после… падёт и Ольвиус. Без его защиты Лорд не сможет ничего.
Эти слова пронзили Сумрака. Он внезапно вспомнил материнское прикосновение.
— «Лорд? Человеческий лорд? А при чём здесь люди и тени? Ольвиус? Зачем кому-то уничтожать и Светлых эльфов и… и… Без Его Защиты Лорд Не сможет Ничего. Защита Лорда — ГРЕБУЛ!»
Артём открыл глаза.
— Ч-ч-что? Ты ещё жив?!!! КАК это?!
Кричащий в агонии силуэт был перехвачен почти высохшей в огне рукой, которая мгновенно стала прежней и покрылась синим пламенем. Глаза эльфа стали такими же синими, прогорели насквозь, но его печати, оставленные в тот день, когда действительно «самая слабая девчонка» исчезла в Забвение, отделились от его кожи, как живые. Переплыли в центр лица и впитались в его глаза. В зрачках эфирного пламени Сумрака вращались знания и силы заклятий тысяч охотников на эльфов.
— У меня хватит сил убить Тебя.
Арт стоял на обломках, он натужно дышал, после того как собственным телом буквально пропорол остроконечные башни начала города и с огромным трудом добрался до каменной огромной головы Ольвиуса без лица и глаз, по шее которого шёл в эту образовавшуюся огненную пропасть, которая до сих пор вращалась где-то в земле воронкой. Он шёл в пустоту. Чтобы больше не выжить после такого Позора.
Эльф с мукой помнил действительно — самый мгновенный бой в своей жизни.
Он был готов, как никогда прежде — такое желание редко атаковало Арта с детства, он жил этим! В тот самый момент, когда над головами двоих вспыхнул свет, он ещё не понял, что это не от его атаки и уж никак не знамение звёзд. А потом… понимать было поздно.
«Не смей прикасаться к моему другу!» — в воздухе мелькнул столб огня, но никто, кроме теневого оказался не в силах понять, что это было не его пламя.
— Что за…
По щекам против воли поползли слёзы, которые он не успевал поджечь, кинжал выскользнул из руки, прежде чем эльф стремительными шагами ушёл прочь из коридора не какой-то силой, а своими ногами.
— Что случилось? — Вэл и Илья, который от ошеломления сам потушил вулканические доспехи на себе, беспокойно переглянулись.
Дуэль была отменена и если бы собрал деньги, сейчас Фил раздавал бы дань несостоявшемуся зрелищу года обратно. К его счастью этого не случилось. С пустым кошельком он бы неделю ходил впроголодь. На такие жертвы грязнокрылый феникс не был готов с самого рождения.
Впервые дуэль была отменена таким нестандартным способом в жизни каменнокровного. Обычно противник либо умирал, либо сдавался, а тут… что же с ним произошло за одну секунду? Он же так долго настаивал на поединке и такая жажда крови за жалкую долю упавшей песчинки в часах заменилась в его глазах болью и сожалением. Сумрак бы не передумал, что-то тут не вязалось, но что?..
