— Положи кинжал!.. — эльф сосредоточил свою тень и выбил оружие. — Теперь иди сюда… Мне плевать, — шептал разгорячённый схваткой, вонзившись больно от удара спиной в останки стены. — Директрисса ты или нет. Если нужно противоядие, я использую его так. Пусть меня посадят в карцер.
Быстро открыл спрятанный внутри накидки пузырёк и вылил всё содержимое себе в рот. Только пара капель вместе со стёклами упала им на ноги.
Сумрак не думал, не чувствовал, вообще не понимал, что делает. Он хотел сбежать подальше от воды! Она слишком много боли ему принесла за время знакомства. Недавно эльф видел мёртвого, запутавшегося хвостом в сетке дельфинёнка, он развязал его и зло смотрел на пришвартованный корабль со своего камня, но вскоре, злость заменилась безраздельной грустью. Он нежно гладил кожу дельфина, умершего на ладонях и не пытался отогреть его сердце, объяснял вслух, что своё-то не спасти, но дельфин как будто ещё слышал его. Теневой гладил плавники и спину, корчился от запаха соли в воде и не шевелился, пока руки не устали и мёртвое тело не соскользнуло в океан. До самой глубокой тьмы ночи Арт слышал горестные вскликивания других дельфинов, возможно, его родителей и впервые ненавидел Лонка и Янни. Так сильно, что к утру ненавидел уже весь мир и мог спокойно это делать по алфавиту и родам эльфов. В тот момент, Илья проходил мимо по палубе с мешком и как хлопнет окаменелой рукой. Сумрак свалился на мокрые доски с главной мачты корвета и поджёг его. Каменный молча стоял рядом и как крышками сжимал его руки. Потом развернулся и ушёл, загрузив на себя мешок как игрушку. Арт потерял много сил и энергии. Но он принял решение и рассказал остальным, в чём дело. Словно тому маленькому, запутавшемуся в сетке хвостом, глупому дельфиньему ребёнку, его крику никто не поверил. Обвинили в чём угодно, даже в сумасшествии. И Илья молчал среди них, как проклятая статуя соляного столба из одной книжки! Сумрак принял всё. И ушёл. Он больше не держит их. Ему не нужны их дружба, любовь, верность. Ему не нужно ничего. Даже пустота, давно поселившаяся в сердце.
Её дыхание становилось тяжёлым и громким, Сумрак сам не понял, как начал нервно дрожать, словно от пронизавшего все клетки холода и ловить своим дыханием ритм её. Он никогда не пытался настолько понять заклятие. Обычно, просто бросал всех и они как-то справлялись или расколдовывались сами. Теперь справиться должен был он один.
— Не шевелись… — быстро сказал, чтобы не выпустить много паров от руны, нарисовавшейся огненным эллипсом на своих губах.
Сумрак двинулся. Сердце бешено стучало. Желая его успокоить, он отпустил её руки, сжал свои в кулаки и закрыл глаза, как только Кира закрыла свои.
Эльф чуть-чуть задержался на губах, когда его собственные завибрировали вместе с неумными ушами, дребезжавшими на голове как крылья. Немногую часть его она не приняла. Но главное, противоядие начало действовать. Риск оставался один: если он правильно его приготовил. Никогда не изучавший водоросли, кто знает, вдруг, он перепутал морского огурца с морским гребешком? Он же не человек, торгующий редкостями на рынке. Всего лишь охотник, которого разозлили до тихого омута на глубине морей.
Ледяное прикосновение к плечам заставило сильно дёрнуться всё тело. Волосы легли на лицо, увлажнились, но через ресницы он мог видеть тонкие кончики белых пальцев Киры. Кожа блестела, как хризолит. Голые плечи покрывали россыпью мелкие, частые капли воды, как дождь лобовое стекло. Но она ныряла уже давно! Он следил за ней всё утро. Это, и прошлое. Арт невольно вспомнил недавнее кристаллическое состояние Фила. Карина залечила его так же — руной. Значит, он сделал правильный вывод и выбор.
Она отдышалась. Ненадолго.
— Арт, помоги. Пожалуйста… Мне… больно… тот дельфин… я не успела, он умер… больно… я чувствую… — хрипло, еле слышно, она могла говорить почти своим голосом.
— Потерпи… — всё, что смог выдавить сам эльф сквозь накатывающую злость. Он не вовремя вспоминал, с какой готовностью эта девчонка сказала, что они Должны помочь какому-то Вериусу! Сумрак позволил ненадолго опустить ей мокрую, уставшую голову на свою тёплую шею, слушал хриплое дыхание.
Девушка потёрла лицо, как если бы это было место ушиба. Её действие и выглядело и было болезненно.
— … Ай, Сумрак, зачем ты… — Кира с крохотным удивлением обнаружила кровь на пальцах. — Висок слева, опять? Так это ты меня атаковал у костра при двенадцатом отряде в голову? А если бы удар прошёл глубже!
— И что? Умерла бы? Ха, — он рассмеялся громче и ушёл.
Дело принимало интересный оборот и догадки было две. Либо её тело и разум реагируют только на него, либо она понимает и помнит, что происходит вокруг. Но тогда что она делает?!
— В Академию вернуться надо, пока все дети с голоду не перемёрли, дыры перед суровой зимой заткнуть, а она жить на корабле решила?!..
