Спускаясь по лестнице к главному входу и по совместительству — винтовому мосту между половинами Академий, эльфийка невольно бросила взгляд на заводь. Арт часто там сидел, у этой вонючей воды и наслаждался одиночеством, если конечно им можно наслаждаться, но не сейчас. Кира одёрнула сама себя. Почему она всё ещё думает об этом невыносимом эльфе с симпатичными ушами, которые чуть что, забавно подрагивают над его головой? Нет, нужно выкинуть из головы других и против всяких правил побеспокоиться о себе. В конце концов, какое ей дело до правил, если она умудрилась удостоиться на лестнице аплодисментов двух девушек со светлой половины? Но ввязываться — нет, ни во что больше. С возникновением небезызвестных троих тёмных эльфов ниоткуда, так бесцеремонно вмешавшихся в её жизнь, как им и положено — вот, кто видимо, никогда не нарушает правил, Кира уже получила три выговора от самого директора и одно недавнее письменное предупреждение, как она поняла, от Ольвиуса. Читать эти древние руны так трудно, но Вэл не было рядом, чтобы помочь. По сути, друзей-то у неё и нет. Никого из них в любом случае не находится рядом, когда ей на самом деле нужна не просто помощь, а спасение от этого тёмного. Идя и шлёпая по лужам к общежитию, Кира вообще не понимала: почему она всё это время фактически проводила с таким странным, молчаливым, склочным эльфом, его намерения были как на ладони! Так почему? Его невероятные гипнотические способности виноваты? Или… неужели та легенда не врала? И если позволить эльфу-противнику забрать твой мешок и держать его хоть на секунду дольше положенного — ты становишься марионеткой?
— Тьфу ты, — выругалась Кира. Она поправила на себе платье-комбинацию, насколько знала, бабушкино, выкинула тот ужасный банный халат, чтобы даже не вспоминать о пережитом ужасе на полу под телом, удобно так разлёгшегося на ней тёмного, огненного эльфа и со вздохом приободрила шаг к Академической башне. Кажется, именно там любил «порыбачить», а, скорее, полягушачить их милый, странный профессор Облавиус. А ведь он предупреждал, Кира в задумчивости остановилась на мосту, сейчас эльфийка в расстроенных чувствах даже не задумалась, как это она в одиночку пересекла по улице, а если говорить точнее, подземелью границу тёмных и ступила на светлую сторону без происшествий? Ну почти, на выходе к границе, как будто так и надо, она споткнулась о незаметную корягу и точно, практически точно была уверена, что слышала смех в кустах как минимум двух эльфов, не трудно догадаться, каких. Но спускаясь с моста, Кира поняла, что разговаривать с Облавиусом не имеет смысла. Он предупреждал её, даже угрожал: что может случиться, если продолжить общение с этим тёмным. Пусть завуалировано и не особо понятно, но учитель чётко процитировал ей правила и даже, несмотря на свою занятость углубился в историю, а она по наивности думала, что если с ним возникнут проблемы, Арт по мановению её руки исчезнет, как рассеянное заклинание. Считала, что сама контролирует ситуацию, а он — по природе своей, хоть и предупреждал, всё же, играл с ней и потешался.
— Да где же она… — эльфийка снова в раздражении обшаривала карманы платья, она с ужасом понимала, когда выудила в пальцы только эту, чужую, синюю карточку-ключ — всё же не потеряла, однако, именно её — красная, стандартная карточка для обедов пропала! Как же теперь она попадёт в главный зал? Кира оглянулась робко на небо, в эту минуту ненавидя всех посписочно, кто выдаёт им прогноз погоды. Эльфийка с досадой присела в мокром саду в ожидании, едва приперевшись бочком к таким же мокрым порожкам.
— Конечно, купол против магических атак не удержит дождя, он же не волшебный. Дура, ты, Кира. Как ты могла хоть на секунду поверить тёмному эльфу? Он теперь тебя со свету сживёт.
И тут, позади её схватили прохладные руки, а шею задушили, пока Кира не почувствовала сухой пол под ногами, беспомощно дёргаясь в воздухе.
— Отпусти! — она уже знала это чувство. — Какого… Да из какого ты вообще мира, эльф?! — не сдержалась эльфийка, от ответной пощёчины Арт выронил свою флейту. Эта была какая-то странная — явно не школьный инструмент. Вся чёрная и… это из неё выходящие наружу звуки так легко подняли в воздух целую эльфийку? Да, она конечно, не позавтракала, но не до такой же степени? Тем временем, тёмный наглец нагнулся и поднял свою флейту, ловко заправив в как будто бездонный карман на брюках, у Киры даже глаза расширились, прежде чем она сама сузила зрачки. Арт стоял во всей красе.
— А, опять военная форма…
— Что тебе не нравится?! — но он решил сразу бить в лобовую. Что ж, она не может уступить тёмному эльфу, будь хоть трижды послушной куклой. Ха, куклой? Не на ту напал.
— Саша хотя бы был мил со мной.
— Я могу быть милым с тобой, но тогда они сожрут тебя заживо. Ты этого хочешь?
— А почему тёмного, придурковатого эльфа интересует, чего хочу я — полукровка и такая слабачка, у которой силы, слабее не придумаешь?
