Вэл сделала вдох поглубже, прежде чем занести чай.
====== 12 ======
Арт вытаращил глаза на то, что ему протягивали в руках.
— Шарф? М-мне?
— Сейчас зима! А ты ходишь в одной накидке!
— Но… да, я в таком виде тоже с трудом тебя узнал, кстати, не одолжишь пыли?
— Будто ты возвращаешь! Отдам безвозмездно, — открутила и передала свой полный мешочек Кира.
— С-спасибо… но… но… — он отступал, а затем подхватил за бёдра и посадил её перед собой, улыбнулся. — Ох, Светлячок, вы ничего не знаете о нас… я же тёмный эльф. Я никогда не мёрзну… — он застыл от прикосновения пальцев, у неё были такие смешные ладошки…
— У тебя руки холодные, а шея ледяная!
— Ну… я такой… просто, пойми…
— Да прекрати меня гладить по голове, я не ребёнок!
— Но ты маленькая! Ты младше меня на два курса Академии. Значит, ребёнок.
— Сам ты… сам ты…
— Кир…
— Ооо, даже и не пытайся, — мимо них проходила Вэл. — Сейчас зима, а у Киры зимой просыпается просто гипертрофированная забота о друзьях.
— Не весной? — удивился Арт и потряс подмороженными ушами.
— Ты бы видел Хорза, он вообще ходит как медведь сейчас…
— Почему?
— Будь благодарен, что это один шарф, он вынужден ходить в шубе на крыльях, пока у неё это состояние пройдёт, чтобы не расстраивать её и чтобы на нас буря не опустилась! Только я этого не говорила, ладно?
— Оу… Погоди, ты тоже погоду меняешь? — Кира кивнула. — И не знаешь, почему? — они снова услышали голос Вэл.
— А на меня она пыталась натянуть шапку. И нашему директору подушку обычную заменила на подушку с подогревом.
— «Забота о друзьях… Так вот почему Карина нашла у себя под кроватью валенки! Я с трудом перевёл стрелки на себя, но она меня чуть к Гребулу не отправила… этот эльф… она… она что не догадалась, что Карина ледяная? Она всегда носит только туфли, юбку и жакет или платье! Кира…»
— И она думает, что подарить Саламандре, так что будь благоразумным один раз и отговори её, ради Бога, от этой затеи! — Вэл удалилась.
Они сели на поляну.
— Ну, что на тебя нашло? — Арт жарился в шарфе, он отмахнулся от удара. — Я понял, что ты хочешь позаботиться о других, но наша директриса — сумасшедшая. Она тебя не то что под потолок подвесит, в кракозябру превратит, да ещё силы отнимет.
— И что? Все в такое время года должны быть здоровыми и в тепле, — она бурчала себе под нос, отвернувшись.
— И не напяливай на Вэл шапку, ей не идёт, — Арт дотянулся и игриво стукнул её в лоб пальцем. — Держи в тепле ноги, а голову в холоде. Иначе как ты будешь думать, если у тебя мозги как яйцо сварятся? Но я не о том… да не снимаю я твой шарф, не снимаю! Вот, видишь? Даже на узел завяжу.
Она поправила этот неаккуратный узел.
— Как ты догадалась, что это мой любимый цвет?
— Не все тёмные любят чёрный?
— Оу… Э… Кир… обещай, — он повернул голову и взял обе её руки в ладони. — Что ты не будешь рисковать ни моей… своей пылью, ни собой и не полезешь к директрисе.
— Но мне же нужно стереть всем память о тебе!
— Да не нужен тебе этот карандаш или что там?!.. Посмотри, все знают о нас…
— И косятся… И у меня все спрашивают, как это — дружить с тёмным и не быть им убитой? Даже предполагают, что ты убил и оживил меня, как рабу…
— Да, мне тоже нет прохода… Похоже, мы вносим настроения в мир эльфов изменить текущий порядок… дети хотят подружиться с противоположной им расой… мне тоже пригрозили исключением, если я продолжу с тобой общаться…
— Исключением?! — Кира смотрела в смеющиеся глаза эльфа.
— Но мир от этого не рухнул. Мы живы, у нас есть магия, есть друзья, всё, что было — есть до сих пор… И эта так называемая «дружба» даже крепче, чем обычная. Потому что между нами договор до официального боя. М? Не согласна?
— Отодвинься от меня.
— Рррр… Ладно, — он остыл. Сам не понимал, почему рядом с этим ненормальным эльфом остывает так быстро. — Кир…
— М?
— Почему ты заботишься о других и обо мне? Ты же Тень!
— Потому что я давно забыла, что я тень. У меня больше нет предназначения. Отбрось предназначение, задай новое значение и «тень» как и «эльф» станет всего лишь словом. Я — всего лишь слово. Я никто. Дай мне хотя бы быть светлым эльфом. Хотя бы создавать видимость…
Арт уложил подругу на себя и обнял.
— У тебя сердце медленно бьётся. Почему?
— Не знаю. Но ты — эльф. Не знаю, как и против каких законов жила твоя мать, но ушки у тебя имеют то же свойство, что и у эльфов. Они дрожат в момент опасности. И крылышки у тебя эльфийские. Разве Тень имеет крылья?
— Не знаю, — Кира пожала плечами неуютно и освободилась из хватки, не шевеля руками, он сам выпустил. — Я — была единственной Тенью и никогда не видела других, как я. И очень плохо помню место, где появилась, очень плохо помню дом.
— Хорошо, давай вспомним человеческий мир, — он внезапно указал рукой в просвет между тучами. — Тени всю жизнь сопровождают людей.
— Эти Тени уже лишены индивидуальности после приобщения к человеческому миру. Тень сначала должна умереть за себя, чтобы не противоречить законам человеческого мира.
— Но у людей нет крыльев и у их тени тоже. Значит — ты всё-таки эльф. Странный, но эльф.
