– Анне двадцать восемь лет. Мы познакомились два года назад при обстоятельствах, связанных с рабочими моментами, – уклончиво ответил он. – И да, я собираюсь на ней жениться.
Я смотрела на него тогда, счастливо улыбаясь, и с трудом верила в происходящее. Иногда мне казалось, что последние события в моей жизни всего лишь сон.
– Это такая замечательная новость! Кирилл, неужели мы дождались?
Кажется, его мама даже прослезилась в тот момент.
– В таком случае, – услышала глубокий голос, по тембру очень похожий на голос Яна, – мы предлагаем вам встретить Новый год вместе с нами.
– Мы настаиваем, Ян, и это не обсуждается.
– Я непременно поговорю с Анной, мама.
– Очень надеемся, что она согласится.
Конечно, я согласилась, более того, тоже с нетерпением ожидала встречи и была уверена, что найду с ними общий язык.
Вчера после работы успела купить им подарки. Дело оказалось не из лёгких, поскольку я ещё не знала их предпочтений, поэтому для Марины Сергеевны и Кирилла Ивановича ограничилась сертификатом на парный тайский массаж, а Ксюше решила купить книгу, что-то из лёгкого чтения – ставку сделала на любовное фэнтэзи. Но стоило мне войти в книжный магазин, как меня накрыло щемящей тоской, ведь обычно на новогодние праздники я дарила книги папе. Он увлекался чтением биографий известных личностей, которые повлияли на ход истории. Я вспомнила, как он радовался моим подаркам, и в редкие моменты, когда он благодарил меня неуклюжими, быстрыми объятьями, я была безгранично счастлива его неумелым, но искренним проявлениям благодарности.
– Ты в порядке?
И так всегда. Ян невероятно чуткий и мгновенно ощущает любые перепады в моём настроении.
– Иногда мне кажется, что в ты владеешь каким-то секретным устройством, которое считывает мои эмоции.
– Значит, мне не показалось. – Он быстро глянул на меня, затем снова перевёл взгляд на дорогу, которую сильно замело снегом, не прекращающим идти с утра. – Может, поделишься?
– Просто вспомнила папу.
– Я так понимаю, ты с ним больше не общаешься?
– Между нами всегда были натянутые отношения.
– Я помню. Но сейчас вы совсем перестали общаться, так?
Осторожно кивнула, не зная, правильно ли делаю, затрагивая эту тему.
– И что же послужило причиной окончательного разрыва?
– Затрудняюсь сказать, наверное, просто накопительный эффект сыграл свою роль, – уклончиво ответила, вглядываясь в мимо проплывающие деревья, укрытые пушистым снегом.
– Это случилось сразу после твоего возращения с острова? И кто стал инициатором?
Я понимала, что мы когда-нибудь затронем эту тему, но не предполагала, что в канун Нового года.
– Анна?
– Он прекрасно понимал причины, по которым я решила остаться тогда с тобой на острове, и был унижен моим поведением. Посчитал его аморальным и низким. Моё расставание с Владом его тоже сильно задело, но последней каплей для него стал твой отказ продать ему остров. С чего-то он решил, что в этом виновата я, и прямым текстом сказал, что у него больше нет дочери.
В салоне автомобиля повисла жуткая пауза. Именно жуткая и до мурашек устрашающая, потому что, как только увидела, что побелели костяшки пальцев на крепких руках, сжимающих руль, мне стало не по себе.
– Знаешь, Анна, я рад что ты с ним больше не общаешься. Он не достоин иметь такую дочь, как ты. Ты не совершила ничего ужасного, из-за чего родитель мог бы отречься от собственного ребёнка.
– Он так сильно мечтал о твоём острове…
– И? Разве это повод отказываться от дочери, даже если она причина сорвавшейся деловой сделки? Он параноик, а его предположения сами по себе нелепы.
– Мне тоже всегда было интересно узнать о причинах твоего внезапного отказа.
– Нет особых причин. Я давно купил его с мыслью, что он станет местом, где смогу проводить отдых с семьёй. Годы проходили, но я так и не обзавёлся ею. Решение продать его было вызвано исключительно разумными соображениями. Я просто не видел больше смысла его содержать. А потом, когда решил провести последний отдых на Тамулу, вдруг понял, что мне будет не хватать тех мест.
– Ты так его и не продал?
– Нет.
– Мой отец всегда считал, что ты именно ему не захотел продавать остров и нашёл других покупателей.
– Это не так. Я до сих пор им владею. Но отчасти он прав, если бы я всё-таки решился его продать, то всё равно не подписал с ним контракт. Сама идея, что он собирался построить на нём гостиницу, меня не устраивала. Я слишком много души вложил в него, чтобы так просто отдать его под строительство сомнительного проекта.
– Вот видишь, если бы я не проговорилась тогда о планах моего отца, ты, возможно, и подписал бы документы.
– Нет, Анна. Это второстепенная причина. Как я уже сказал, тот последний отдых заставил меня пересмотреть решение о его продаже.
– Почему?
Он нахмурился, обдумывая ответ.
– Я не должен был тебя отпускать, – произнёс неожиданно. – Я давно не чувствовал себя настолько легко с женщиной, как тогда. Мне было интересно с тобой, но я не понял, что чувство, которое ты у меня вызвала, было счастьем. Я был счастлив с тобой, Анна.
