И я настораживаюсь, словно для меня звучит сигнал тревоги и включается красный цвет.
— Читать нам еще не запретили, — я пытаюсь не упустить из вида любое его движение.
— Я вообще не знал, что вы умеете читать, — он захлопывает книгу, и бросает ее на пол, — Ты знаешь, почему мы здесь?
— Нет, — на всякий случай отхожу от него подальше.
— Некоторые из вас считают себя умнее, — блондин подходит ко мне, под его весом пол начинает скрипеть, — Им кажется, что они имеют на это право, но… — он останавливается в нескольких сантиметрах от меня.
Я смотрю на его ноги, закрывающие отошедшую половицу, если он сдвинется, то увидит мой тайник.
— … сегодня отступникам не повезло, — я едва скрываю свой страх, сосредотачиваясь на своем ровном дыхании.
— Не понимаю о чем ты, — он нависает надо мной, как скала, и я опускаю взгляд в пол.
— Нам удалось убить таракана, возомнившего себя чем-то большим, — продолжает блондин, не сводя с меня своих холодных глаз. Я сжимаю ладонь в кулак, — Но потеряли одного из своих.
— Мне очень жаль — отвечаю я, хотя внутри всё пылает от ненависти к ним.
Ногти впиваются в кожу сильнее, и я чувствую, как теплая кровь собирается в ладонь.
— Не понимаю, как такому мусору удалось это провернуть?
Я резко поднимаю голову и встречаюсь с ним глазами.
Один ноль в его пользу.
— Тебе не нравится, что я называю мусор мусором? — он удивленно вскидывает бровь, словно его это действительно забавляет, маска респиратора скрывает его улыбку, но я слышу ее в его голосе, — Это нехорошо.
— У меня нет прав, — я едва сдерживаю себя, чтобы не оттолкнуть его, когда он касается моих волос, и убирает выбившие из косы мокрые пряди, — Ни чувств, ни желаний, — я стараюсь даже не моргать.
— Х-м-м… — капитан склоняет голову набок, задумчиво глядя на меня снизу вверх, — Знать бы, что ты думаешь на самом деле, — он стучит указательным пальцем по моему лбу и я против воли вздрагиваю
— На имеющем у нас видео, с ним была девчонка, — как бы невзначай произносит капитан и я задерживаю дыхание, — Небольшого роста, — он окидывает взглядом мою фигуру, — Как ты, — он наклоняется ко мне, я чувствую свежий запах его шампуня, — Сколько в этой зоне таких малышек?
— Много, — я пододвигаюсь к нему, и замечаю, как темнеют его глаза за стеклами маски респиратора, — Правда, измененные не могут покидать зону, так как я могла оказаться там? — я показываю в сторону стены и незаметно закрываю ботинком тайник, — Меня бы сразу заметили.
— И я о том же, — капитан берет мою голову в ладони, кожаные перчатки неприятно царапают воспаленную кожу. Я боюсь, что он свернет мне шею, как курице, но он только проверяет мой номер, — Шестьдесят шестая, — звучит, как угроза, — Я запомню.
— Всё, ребята, больше здесь делать нечего.
Стражники по одному покидают мой дом. Я едва заметно выдыхаю. Капитан останавливается на пороге и поворачивается ко мне. Выглянувшее из-за туч солнце золотым ореолом сворачивается вокруг его головы. Но я знаю, что под маской ангела скрывается самый настоящий дьявол, стоит только совершить еще одну ошибку.
— Я уже сказала, что не…
— Наша главная задача обезопасить Небеса, — перебивает меня капитан и я вынуждена смотреть в его непроницаемые глаза.
Я ничего не отвечаю, да он этого от меня и не ждет.
— Но я предпочитаю охотиться, а не нянчиться с вами, и когда я вернусь в следующий раз, мы будем говорить по другому. В лазарет сегодня можешь не ходить, — бросает он и уходит.
Я остаюсь одна.
Они явно что-то искали.
Чтобы успокоиться я начинаю убираться, Самара испугается, если увидит этот разгром. Я ставлю на ножки перевернутое кресло, грубо срезанную обивку можно зашить и она ничего не заметит. Хуже дела обстоят с диваном. Я решаю накинуть на него полинявший плед, и начинаю складывать вещи в шкаф, пока не натыкаюсь на рубашку Данте.
Она все еще влажная, но я зарываюсь в нее лицом, вдыхая его запах.
Я впиваюсь зубами в ткань, чтобы не закричать. Сожаление нарастает, оно топит меня в скорби и я сползаю на пол, прислоняясь к шкафу. Затылок прижимается к оклеенной наклейками дверце и я закрываю глаза.
