— Хранилище корпорации, — доктор Полк подходит к компьютерному терминалу и уверенно вставляет золотую карту, — Здесь есть всё для лечения, — на сенсорной клавиатуре она вводит шестизначный код, — Самые новейшие технологии в медицине, — раздается шипящий звук и стены комнаты отъезжают в сторону, открывая многочисленные выдвижные ящики, на каждом из них небольшая табличка со знаком трилистника.
Доктор Полк выдвигает один ящик за другим. Ее длинные волосы, завязанные в хвост, отливают красным при каждом наклоне головы. Я осторожно присаживаюсь на самый краешек кресла, не переставая подозрительно смотреть на неё. Причин ненавидеть ее у меня целый вагон, но у меня не получается.
Доктор Полк ставит на стол несколько стеклянных флаконов. Они издают легкий стук, соприкасаясь с друг другом.
— У тебя могут быть проблемы, — зачем-то говорю я, вспоминая приказ капитана.
— Не думаю, — коротко отвечает она, — Я могу осмотреть твоё лицо? — ловит мой недоверчивый взгляд.
Она всегда это делает. Спрашивает, прежде чем коснуться меня и это выбивается из привычной реальности.
Я робко киваю. Ее прохладные пальцы касаются моей разбитой губы, синяка на скуле и опускаются к пострадавшей руке. Я неосознанно дергаюсь, и прижимаю ее к груди.
— Перелом, — комментирует доктор Полк, ее лицо темнеет от гнева, она подходит к ящикам и возвращается обратно, держа в руках пузырек с синими таблетками. — Открой рот, — просит она, вынимая одну из них.
Я качаю головой.
— Боль пройдет и я смогу залечить сломанную кость, — успокаивает меня доктор Полк.
Я так устала и мне так больно! Я сдаюсь. Синяя таблетка растворяется на языке и я расслабляюсь. Аристократка открывает один из стеклянных флаконов. Внутри переливается розоватым перламутром гель.
— Что капитан хотел от тебя? — она внимательно смотрит мне в глаза, натягивая перчатки и я нервно вздрагиваю, то ли от звука, то ли от вопроса.
— Мы уже встречались раньше, — я равнодушно пожимаю плечами. — Хотел лично выразить свое почтение, что я оказалась здесь, — мне даже удается усмехнуться.
— И больше ничего?
Я улавливаю напряжение и настораживаюсь.
— И больше ничего, — спокойно повторяю я, глядя ей в глаза. — Почему ты так добра ко мне? — надеюсь застать ее врасплох, но по всей видимости, мой вопрос ее совсем не удивляет.
— Ты напоминаешь мне моего сына, — отвечает доктор Полк, — Вы с ним одного возраста.
— Он умер?
— Нет, — ее рука замирает в воздухе, она поднимает на меня глаза и я в очередной испытываю смешанные чувства, по моей коже пробегает легкая дрожь, в тех местах, где гель впитался, я чувствую легкое покалывание, — Почему ты так решила?
— Обычно, таким тоном говорят о покойниках, — я опять пожимаю плечами.
— У нас с ним трудные отношения, — губы доктора Полк трогает печальная улыбка, она берет в руки прибор, похожий на большой пончик, — Он… жив, — Доктор Полк одевает его на моё запястье, как браслет, но я не чувствую боли.
— Почему тогда вы не поговорите с ним? — я отвлекаюсь от странного устройства и смотрю на нее. Складки вокруг ее рта становятся глубже.
Доктор Полк молча сканирует мою руку, поднимая его к локтю.
— Всё намного сложнее, — наконец, отвечает она и глубокое сожаление в ее голосе заставляет меня выпрямится. — Я не могу смотреть на него без чувства вины, — доктор Полк снимает прибор, пряча от меня глаза.
— Почему? — вопрос звучит мягче, чем я бы того хотела.
— Сложно объяснить, — вокруг ее глаз собирается сеточка морщин. — Мне пришлось сделать трудный выбор.
По мне пробегает волна злости. Целое цунами, которое сметает хрупкое перемирие между нами. О каком «сложном выборе» она говорит? Какому совершенному отдать наше сердце? Легкие? Селезенку?
— Не надо этого делать, — мой голос кажется мне чересчур тоненьким и совсем детским.
— Что делать? — удивленно спрашивает доктор Полк.
— Заботиться обо мне, — отвечаю я. — Мы обе знаем, кто я и чем вы здесь занимаетесь.
Доктор Полк бледнеет.
— Отведите меня в комнату, — я встаю на ноги и отхожу к двери. Подальше от нее.
Аристократка молча убирает всё на место и подходит к компьютерному терминалу. Стены возвращаются обратно и мы выходим в коридор. Мои босые ноги неуверенно шлепают по бетонной поверхности пола в отличие от уверенного стука шпилек доктора Полк.
Ощущение тревоги усиливается. Не стоило показывать ей, что я все знаю. Надо было притворится безропотным гибридом. Втереться в доверие. Я ругаю себя за неосмотрительность и вспышку гнева. Напрягаю мозг, как мне теперь незаметно добраться до ключа и выбраться отсюда.
Я пытаюсь дышать глубоко, всеми силами стараясь успокоиться. Но мое сердце бухает в груди неестественно быстро. Доктор Полк вызывает лифт и времени остается всё меньше. Если я ничего не придумаю, другого шанса не будет. Створки лифта разъезжаются и мне приходится войти внутрь. Нужно что-то сказать. Хоть что-то. Но на ум не приходит ничего умного и я продолжаю молчать.
