– Простите, ваше высочество, – бормочет она. – Это была просто проверка.
Я останавливаюсь прямо перед ней.
– Я не знаю, во что вы играете, но с меня хватит. Я освобождаю вас от занимаемой должности. Ваша сестра может остаться у меня на службе, но я больше никогда не хочу видеть вашего лица.
Впервые моя сводная сестра кажется по-настоящему испуганной.
– Простите меня…
– Нет. Убирайтесь!
Повернув ручку, она выбегает из комнаты. Я же, захлопнув за ней дверь, бросаюсь в ванную. Держась за живот, я поспешно запираю дверь и опускаюсь на пол. Боль тянет меня вниз… сжигает, душит, разрывает на части…
Слезы бегут по щекам. Я съеживаюсь на холодном полу.
Боль начинает стихать, но, даже когда она вновь превращается в уже привычный мне легкий зуд, я все еще не могу пошевелиться. Через какое-то время в дверь ванной стучит Клара, сообщая, что вернулась с ужином. Я отпускаю ее до завтра. Нельзя попадаться ей на глаза в подобном сломленном состоянии.
Я остаюсь лежать на полу ванной комнаты и рыдаю до тех пор, пока не заканчиваются слезы.
Франко
В облике ворона я лечу над дворцовыми землями. Прохладный ночной ветерок колышет перья. Как раз то, что нужно после подобного дня. Сперва озеро, потом игра в вопросы с Эм. А после поцелуй.
Ничего похожего.
Я прогоняю из мыслей воспоминания о нем. Хватит думать, просто лететь. Только это мне и нужно, ведь последние несколько часов я обсуждал предстоящий бал. Обычно подобные планы я оставлял Оги или советникам Никсии, которые после передавали их дворцовым распорядителям и церемониймейстеру. Так было и с маскарадом Новолуния. Никсия позволила мне организовать все самому, так что я почти не напрягался. Но в этот раз я посчитал, что все должно быть по-другому. Ничего радикального, лишь… небольшой сдвиг.
Я несколько раз облетаю лужайку. Во всем дворце пробуждаются к жизни ночные фейри. Над озером Артемисы колышутся огоньки, кицунэ гоняются друг за другом, кусая за парящие над хвостами языки пламени, вдали воют банши, а над горным хребтом на севере мелькает силуэт лунного дракона.
Инстинкты тянут меня в лес, полный звуков и манящих запахов. И я уже готов отдаться на их милость, когда кое-что привлекает внимание. И дело вовсе не в ипостаси ворона. Нечто словно зовет мою благую сторону.
Я лечу на зов, который манит меня в сторону дворца, и по мере приближения ощущения становятся все более знакомыми. Я улавливаю уже ставшую привычной энергию и замечаю в тени балкона ее фигуру, окутанную смесью горя, беспокойства и усталости.
Я приземляюсь на балюстраду, но при виде меня Эм даже не вздрагивает, лишь одаривает грустной улыбкой.
– Это ты, Франко?
Содрогнувшись, я меняю тело ворона на благую форму и прислоняюсь к балюстраде.
– Привет, – подмигиваю я. – Почему ты до сих пор не спишь?
– Я не смогла заснуть. А ты?
– Мне нравится ночной образ жизни. Хотя, признаюсь, наши дневные занятия нарушили привычный распорядок.
Не встречаясь со мной взглядом, Эм лишь отстраненно хмыкает. Положив руки на балюстраду, она рассеянно разглядывает перила, явно думая о чем-то своем. Сейчас на ней шелковый халат с цветочным рисунком, из-под которого виднеется кружево ночной рубашки цвета слоновой кости. Как обычно, из-под подола выглядывают элегантные зачарованные туфли.
– Что-то не так? – хмурюсь я.
Она качает головой.
– Я просто устала…
– Но не можешь заснуть?
– Нет.
Вряд ли я прежде видел ее столь подавленной. Нерешительной, настороженной и разъяренной – да, но никогда она не казалась настолько угнетенной.
– Если что-то случилось, ты можешь мне рассказать.
Наконец она поднимает на меня взгляд.
– Мне пришлось уволить со службы одну из горничных, вот и все.
– Хочешь, чтобы я что-то сделал?
– Нет.
Скрестив руки на груди, я с хитрой усмешкой склоняюсь к Эм.
– Уверена? В деле наказания врагов я ужасно эффективен.
Она вновь издает невнятный смешок.
– Нет, все в порядке. Не обращай внимания. Я и сама справилась.
– Ладно, – соглашаюсь я, ощущая, что она и правда не хочет моего вмешательства, а потом добавляю уже серьезнее: – Ты хочешь, чтобы я ушел?
– Нет, – произносит она, поворачиваясь ко мне лицом. – Тебе не нужно уходить.
Несмотря на улыбку Эм, я чувствую окутывающую ее темную энергию. Сегодня что-то явно случилось, и на этот раз вовсе не из-за меня. Понимаю, она не желает об этом говорить, но…
– Хочешь пойти в мою комнату?
– В твою комнату? – переспрашивает она, плотнее запахивая халат, будто бы только сейчас замечая, что почти раздета. – Посреди ночи? Прямо в ночной рубашке?
– Да.
– Слишком возмутительная идея для того, кто пытается улучшить репутацию, – усмехается она.
Я подпускаю в голос игривые нотки.
