Взгромоздившись надо мной в задней части лодки, он со всей силы толкал ее длинным веслом, которое держал обеими руками.
– Эрик.
В ответ он лишь окинул меня серьезным испепеляющим взглядом темного ангела.
Ночное звездное небо, отражающееся в стеклянном озере, создавало иллюзию, что у мира не было ни края, ни конца. Деревья обрамляли темный берег, окружавший нас со всех сторон. Но, к моему удивлению, в лесу, как и над поверхностью воды, царила мертвая тишина, которую не посмел потревожить даже легкий ветер. Мы были, но и не были. Как в предыдущих снах.
И, как всегда, нас было только двое.
– Эрик, – нарушила я небывалую тишину. – Что произошло? Где мы?
– Неподалеку от леса, – начал он, – есть озеро. Разве ты не знала?
Почувствовав что-то неладное, я рассердилась. Отец упоминал некое озеро, но, по словам риелтора, оно относилось к соседнему участку.
– Зачем ты меня сюда привел? – спросила я.
– Я хочу поблагодарить тебя, Стефани, – холодно ответил он. – За то, что ты освободила меня.
– Так это сработало? – пробормотала я. – Проклятье. Теперь оно разрушено?
– Я же тебе говорил. Это невозможно.
Нахмурившись, я смущенно кивнула. К чему все эти загадки?
– Я что-то натворила? – встревоженно спросила я. – Мы… сделали хуже?
В ответ он предпочел промолчать. Эрик еще раз поднял и опустил свое весло, приблизив нас к берегу, до которого, казалось, невозможно было достать. Наслаиваясь друг на друга и затмевая собой отражения далеких звезд, по воде бежала волнообразная рябь. Когда все это исчезло, я впервые обратила внимание на свой наряд.
Ночное платье.
Мои руки украшали открытые атласные рукава, плавно переходящие в облегающий бордовый корсаж, а дрожащие ноги прикрывали многослойные юбки из другой эпохи.
За все, что происходило во снах, в том числе и за окружающую реальность, всегда отвечал Эрик. Но сегодня изменилась и я сама. Это ночное платье. Я точно где-то его видела. На фигуре в маске, которая пыталась затащить меня в подвал.
– Это твоих рук дело? – Взглянув на него, я указала на платье. – Ты же знаешь, что такие наряды не в моем вкусе?
– Список проступков, за которые я прошу прощения, неуклонно растет, – сказал он без всякого сожаления. – Но это платье действительно тебе идет.
После этих слов мое сердцебиение участилось.
– Эрик. Что здесь происходит? – робко спросила я.
Замахнувшись громоздким веслом, он опустил его обратно в воду и как следует оттолкнулся.
– Эри…
– Эрик мертв, – отрезал он.
Потрясенная его словами, я озадаченно моргнула. Да, Эрик был немногословен, но никогда не грубил.
Моя тревога усиливалась, и, повернувшись к борту лодки, я устремила свой взгляд вниз в надежде разглядеть дно, которое, судя по всему, должно бы быть где-то рядом.
Тут я увидела в отражении свое испуганное лицо.
– Будь осторожна, – предупредил он. – Если лодка перевернется, ты проснешься, а мое заклинание разрушится.
Заклинание?
– Что с тобой случилось? – Мой страх продолжал расти. – Ты…
– Тот юноша, – перебил он меня. – Ты должна его забыть.
От удивления я открыла рот. Он не в первый раз упоминал Лукаса. Стиснув зубы, я скорчилась при одной лишь мысли о том, что Эрик мог стать свидетелем нашего неосторожного поцелуя. В этот момент меня накрыл ядерный взрыв эмоций. Ведь однажды Эрик и сам почти меня поцеловал, и я тоже очень этого хотела. Однако этого так и не произошло. А Лукас смело прикоснулся к моим губам. Кроме того, Эрик… Он… Боже, да кто же он такой?
Кем бы он ни был, он мертв и, должно быть, именно поэтому прервал наш запретный поцелуй в том сне. В конце концов, мы оба знали, что нас разделяло нечто большее, чем время.
По крайней мере, до прошлой ночи.
– Я не хотела причинить тебе боль, – прошептала я.
– Милая Стефани, ты не можешь мне навредить, – сказал он, опустив глаза.
– Ты нас видел, не так ли?
Прищурившись, он посмотрел на меня.
– Я вижу все, что происходит в моем доме.
От внезапного чувства вины за тот поцелуй с Лукасом мое сердце вздрогнуло, а щеки вспыхнули жарким пламенем.
Однако неудивительно, что я была ему небезразлична. В конце концов, я и сама только ради него вернулась в дом, полный ужасов.
– Прошлой ночью, – сказала я. – Эрик…
– Я же запретил тебе называть меня по имени.
– А вот и нет, – ответила я, ухватившись за бортик. – Ты сказал, что Эрик мертв. Но ведь ты не умер?
– Это уже неважно.
– Прошлой ночью, – настаивала я, – я действительно была с тобой в другой «Молдавии». Это не галлюцинации. Поэтому ты не захотел снимать с лица маску. Ты боялся, что я увижу тебя другим. А это значит, что легенда про восставшую египетскую мумию – правда. Именно это ты и пытался сказать мне в оранжерее.
– Музыка, – сказал он, притворяясь, что не расслышал меня. – Теперь, когда ты рядом, только музыка имеет значение.
Я рассердилась еще сильнее, потому что интонация, с которой он произнес слово «рядом», заставила меня занервничать.
– Но это…
Я растерялась и потеряла дар речи.
