По ночам,когда никакими пинками тюремщика-морфияне вогнать себя в одиночную камеру сна,мучительно думаю,кто Вы,которая мне так остро нужна.Может быть, Вы, –восхитительная дегенератка,выкидыш Города,тончайшее кружево пороков и беспорочья,воспитанный на Кузнецком элегантный зверь.Или, может быть, Вы –простая и чистая, как лист бумаги,который я покроюкляксами изысканнейшей извращенности,ибо больше наслаждения развращать девушкуможет быть только наслаждениекогда девушка развращает.Впрочем, к рассвету,когда метла зари прогоняет накопившиеся за ночьнечистоплотные, как русский солдат,мысли о женщинах,я вытаскиваю из усталых извилин мозгазастрявшие крючочки вопросительных знаков.Не все ли равно, кто Вы такая,когда любовь может дать мне не больше,чем стакан воды, влитый в бездну Ниагары.И потом, –жизнь человека – это магазин галантереи,где в куче рухлядиспрятаны серые, незаметные клубки счастья;человек всегда бросится на пеструю дешевкуи не найдет счастья.Впрочем, к утруи эти мысли кажутся глупыми,как оперный певец:ведь счастье, –это омерзительное довольство собойи всем миром,и красивая женщина, дающая счастье,скучнее даже научного журнала.А днем,высокомерный и замкнутый,при встрече с изящной женщинойне премину подумать, что, в сущности,поэт отличается от женщины только тем,что накладывает косметики на дряблую душу,а женщина –на дряблое лицо.<p>«Перелистнете книжку…»</p>Вы растрелили…
К. БольшаковПерелистнете книжкуПо страницам –трепетным веткам души моей –элегантными и пушистыми белками попрыгиваютблики ликов нежных.Вот –мелькнуло вакхическим пурпуром страстипрелестное мясо.Кольнуло. Улыбнулось. Исчезло.Вот –опал, найденный в пыли мостовой –наивная пастораль наивной любви.Вот –капля крови отчаянного сердца,обескровленного ужасом безлюбия.Вот –в саркастическом дождедырявый зонтик недвусмысленных двусмысленностей.Это все я,дьявольски многоликий и гибкий,я –актер и фанатик актерства,у которого даже сердце напудренно,манекен для просушки любвей, промокшихот девичьих обслезываний.Все, вошедшее в «СЕРДЦЕ ПУДРЕННОЕ», появляется в печати впервые.
<p>Эти дни</p>Стихи о мятежеКнига отпечатана в типографии «Автомобилист» в ноябре тысяча девятьсот семнадцатого года в количестве двухсот нумерованных и двадцати именных экземпляров.
<p>«В желтоватый…»</p> 
