Сина и Редлай вышли на арену и посмотрели на странных существ перед собой. Ростом около двух с половиной метров, желтая кожа, конечности длинные, стояли они на двух ногах, хотя рук было по четыре. Вместо кистей – пучки из крючкообразных лезвий, которые располагались в линию по всему предплечью. Голова похожа на огромную оливку, явно не под их тонкие шеи. Торс тоже несоразмерно маленький. Редлай присмотрелся и заметил татуировки с цифрой семьдесят четыре. Он не знал, насколько это опасно. В целой буре чужих аур он совсем потерял возможность как-то читать эмоции и угрозу от противников. Его обличия проснулись сразу, как он ступил в барак для ожидания. Они метались и куда-то все тянули его. Редлай прекрасно знал,
– Гилем сказал, что это озерные сенокосы. Понятия не имею, о чем он, впервые вижу, – сказал оборотень. – Предлагаю не толпиться вокруг них, пусть пойдет кто-то один.
– Это вид насекомых, живущих около небольших водоемов, питаются травой, подтачивая стебли и высасывая сок, – пояснила Сина. – Когда мы с Илаем собирались сюда, я старалась читать про эти места побольше. Правда, я не знаю, как они этими крюками срезают стебли… Да и неважно.
– Хорошо, – согласился Редлай и сделал шаг.
– Нет, иду я, – она положила руку ему на плечо и вышла вперед.
– Ой, какая удача сегодня. Нам попался в противники жалкий человек, да еще и обычная самка без брони. Как же ты собралась сражаться против нашей укрепленной кожи? – Один из насекомых противно засмеялся, пока Сина приближалась к ним. – Возомнят себя кем-то и лезут в наши дела. А нам с вас даже нечего взять, почти не эволюционируем. Давай уничтожим ее и…
Это было последнее, что он успел сказать. Ни одно из насекомых не среагировало на быстрый выпад Сины. Она приблизилась к ним на три метра, сделала резкий скачок и рывком нанесла машущий удар рункой. Две головы озерных сенокосцев упали на землю, их тела рухнули следом. Даже знак отрицания на рунке Сины не спасал ее полностью от постоянного влияния искры. Ее способность – заострять любой предмет. Именно поэтому она не боялась брони насекомых, не считая самых закованных тяжеловесов. Также ее рунка наносила сразу несколько ударов, как колющих, так и режущих. Три ее удара превращались в девять, а враг – в салат из рук, ног, усиков и прочего.
Она взмахнула рункой, по привычке стряхивая кровь, которой не осталось от врагов, и равнодушно направилась к пораженному Редлаю. Он стоял и смотрел на нее, пребывая в шоке. Даже трибуны замолкли.
– Чего встал? Смотри, как бы я тут и одна не справилась, – она самодовольно усмехнулась и перекинула рунку через плечо.
– И то верно, – отмер Редлай и развернулся.
Он хотел что-то еще сказать, но сейчас до него по-настоящему дошло: Азель и Сина – воины. Не Кайл, не Айон и даже не он. Они долго и изнурительно тренировались. Редлай же бо́льшую часть своей жизни убегал, скрывался и жил инстинктами. Ледая гоняла его на арене, но единственное, о чем думал оборотень, – поиск ринханто. Это сказалось на его опыте. А вот Сина и Азель – искусные воины. Лишенные боевых способностей, они сами стали оружием. Редлай последовал за своим напарником, понимая, что если так пойдет и дальше, то, возможно, он и не вступит ни в один поединок до конца турнира. Его внимание привлекла спина Сины. Редлай слышал, как Илай жаловался на мелких насекомых. Однако то, что он видел сейчас, совсем не походило на укусы или ожоги от солнца. Вся спина Сины превращалась в оранжевое месиво из кожи. Он догнал ее.
– Сина, я сейчас проведу ритуал роз над тобой, – Редлай сказал ровным тоном. – С твоей спиной что-то не так. Не слишком ли много одежды со знаком ты надела? Ты как себя чувствуешь?
– Такое ощущение, будто я порезалась, и теперь заживает. Сил нет, – она шикнула. – Я пока даже не могу стянуть с себя бинты. Другой одежды со знаком отрицания нет, а остальная будет причинять такую же боль.
– Снимай ты эти бинты, если что, – фыркнул Редлай.
– Я, конечно, все понимаю, и вы, оборотни, не стесняетесь ничего, но я не хочу светить грудью перед многотысячной толпой, – она скривилась и заметила, как Редлай покраснел. – Ладно, если что, сниму. Будешь прикрывать меня.
– Буду, – ответил он, хотя Сина и не спрашивала.
Пока они возвращались, трибуны орали на разные голоса.
– Моя девушка – самая невероятная, – самодовольно улыбнулся Илай, и его татуировки забегали по телу в странном свечении. Как и тогда на корабле, они начали собираться в одном месте, хотя сейчас это была не его заслуга.
– Извините, а зачем мы пришли так рано? – Гилем озвучил вопрос, который мучил всех последние пару часов.
– Чтобы поддержать Сину и Редлая? – неуверенно вопросом на вопрос ответила ему Риса.
