Все замерли в шоке и не знали, что делать. Азель пытался прикинуть, когда Мики мог случайно показать им татуировку. Однако так и не смог вспомнить. Мики постоянно избегал ситуаций, где парни переодевались в общей комнате, или ловко отворачивался от них. Так как второй уровень для насекомого невообразимо высок, Редлай, что логично, не почувствовал ауру ненависти. Мики почти человек. Все без стеснения стали разглядывать его тело в желании найти хоть какие-то признаки насекомого. Сам же их проводник до первой столицы совершенно изменился в характере. Теперь он не вел себя как неопытный подросток. Он так удачно разыграл карту своей наивной юности, что обманул всех. Азель вытащил шпагу и с невозмутимым выражением лица направил на Мики. Риса инстинктивно вцепилась ему в руку, Сина тоже поднялась и выставила рунку вперед. По мере приближения к руинам города напряжение возрастало.
– Я не враг вам. Поверьте, если бы мне нужно было вас убить… Все равно бы не стал. Связываться с вами всеми слишком опасно. Мой костер не сможет противостоять вашим силам, поэтому опустите оружие. Пока доведу вас до первой столицы и Саргона, расскажу и покажу некоторые факты. Объясню, – Мики улыбнулся. – Если вы пытаетесь понять, где мои признаки насекомого, не тратьте время. Я рожден водной сольпугой, и от нее не осталось даже длинных-длинных ног. Я мелкий.
– Мики, зачем ты врал нам? – сухо спросила Риса. – Вся эта история про продажу тебя пиратам тоже ложь?
– Прости, Риса, я получил четкую инструкцию и не мог отклоняться от плана, – Мики кивнул и улыбнулся немного нервно. – Не знаю, чем я могу поручиться. Теперь вы не обязаны верить, но мне действительно понравилось с вами путешествовать. Саргон переживал, что вам может угрожать опасность, поэтому и послал меня. На данный момент я сильнейший из его подчиненных. Скоро я уступлю этот титул. Однако прошу меня понять: эту историю вам расскажет уже Саргон.
– Тогда в чем твоя роль? – Азель первый убрал оружие в портупею. Все последовали его примеру и расслабились. – Вообще, мы сами дураки. Нашли парня в бочке посреди океана и поверили в довольно сомнительную историю. Сила твоей искры соответствует твоим словам, Мики?
– Да. Но тоже с небольшими поправками, – он продолжал улыбаться под хмурыми взглядами команды. – Никто не может узнать мое будущее и прошлое, прочитать мысли, усыпить. По этой причине Саргон и направил меня. Вы не должны были догадаться о моем истинном происхождении и, самое главное, другие. Планы Короля Сорокатысячи Ног должны остаться в сохранности. Мне надо вам рассказать часть истории разрушения первой столицы, а также отвести к Центральному оазису и показать гранат.
– Так Саргон в курсе, что мы ищем гранат? – Гилем удивился.
– Все ищут гранат Центрального оазиса. Я же говорил. Он является артефактом и никак не слезой второго материка, – Мики сел и показал жестом всем последовать его примеру. – До первой столицы минут двадцать, не больше. Я расскажу вам историю, как появился гранат Центрального оазиса. Что вам известно о боге Ора-Ли-Ра?
– Это один из богов, – начал Гилем.
Остальные, кроме Азеля, покачали головами, показывая таким образом свою неосведомленность.
– Он погиб, как и другие боги, много-много лун назад. Еще до того, как появились камни материков. Собственно, оплакивая их смерть, Богиня пламени проронила слезы на Виарум, и появились камни материков. О богах, так или иначе, практически ничего не известно, а уж об их силе тем более. В названии пожара Меладеи я слышал имя бога Фламадея. Могу предположить, Ора-Ли-Ра как-то связан с гранатом Центрального оазиса?
– Напрямую! Это его сердце. Никакой это не фрукт, – половина команды после слов Мики открыла рты. – Не надо так удивляться. Да. Гранат Центрального оазиса – сердце бога Ора-Ли-Ра. Тут, простите, не расскажу вам, как и что было в те времена, сам не знаю, однако поведаю крупицы легенды. Ее мне рассказал Саргон, – он вдохнул и подставил голову прохладному ветру. – Один из братьев убил Ора-Ли-Ра, вырвав его сердце. Ора-Ли-Ра, в отличие от своих братьев, отличался добротой, красотой и уравновешенностью. И поплатился за это жизнью. Саргон не рассказал, каким образом погиб его убийца, но сердце сохранилось в водах Центрального оазиса. Вода там не пресная, а соленая. Уж не знаю, почему и кто мог наплакать целый оазис.
– А много еще вещей осталось от богов? – спросил Илай, и все посмотрели на него удивленно. – Ой, не так выразился… Сердце – это же не меч, скажем, а вполне настоящий орган. Хотя все, что касается богов, наверное, нельзя сравнивать с обычными людьми.
– Я видел это сердце семьдесят лун назад своими глазами, – сказал Мики с какой-то печалью в голосе. – Оно живое. В буквальном смысле. Билось… По крайней мере, так было. Не знаю, теплое ли оно, прикоснуться не рискнул, – он вздрогнул от воспоминаний. – Как я понимаю, от богов осталось много следов… Сердце Ора-Ли-Ра – звучит странно, но думаю, вам еще встретится много удивительного.
– То есть Саргон не собирается нас убивать? – воодушевился и улыбнулся Илай.
