На экране он, Андрей Азаров и Илья, взявшись за руки, приплясывали на пирсе, исполняя "танец дикарей".
— Почему нельзя? — удивился профессор.
— Неандерталки поймут, что наша партия жива, и завтра же снова начнут штурмовать деканат!
— Вам не угодишь! — рассердился Олег и взглянул на зятя. — Илья, скажи хоть что-нибудь!
Илья рассеянно улыбался, поглядывая то на монитор, то на жену, с озабоченным видом обсуждающую с матерью по телефону подарки для своего крестника к его неминуемому совершеннолетию. Илью переполняла нежность к Елене! Приключение в фойе открыло для него новые грани натуры его "второй половинки": женскую мудрость, решительный характер и врожденные оперативные способности.
Он понял, что никакая популярность, ни его, ни ее собственная, никакие поклонницы и поклонники сбить с толку его замечательную жену просто не в состоянии!
Илья вспомнил вспышку ревности, предательски кольнувшую его в сердце у приоткрытой двери аудитории, и ему стало стыдно.
— Ролик надо запускать в эфир, — сказал он, вздохнув. — Мы там беззаботные, голые и смешные. Словом, безопасные. Пусть все это увидят, враги — в том числе! Олег, звони Татьяне Васильевой.
Щелкнул дверной кодовый замок и в кабинет вошел заспанный аспирант Незалежный.
— Хочу спросить, — поинтересовался он, поздоровавшись, — мы сегодня обедать будем?
— Я тоже хочу спросить, — улыбнулся Илья. — Почему тебя называют «Форвард», если ты всю жизнь в воротах простоял?..
Двадцать четвертого июля их небольшая подводная лодка, обладающая особыми скоростными и маневренными возможностями, была готова выйти в море. Субмарина, надежно укрытая от посторонних глаз, стояла в укромном месте акватории мурманского порта.
Римлянин предупредил, что приведет на борт совершенно феноменального пассажира, того самого "чистой воды" гения, которого «сосватали» им в своем Послании звездные предки Ильи. Офицерам ученый представлялся почему-то в образе Паганеля.
Снаружи раздался шум винтов подошедшего катера, послышался звук открываемых задвижек верхнего люка.
Разведчики с любопытством оглядели аспиранта, когда он через открытый люк опустился на палубу субмарины. Римлянин задраил люк и спустился следом.
Молодой ученый сразу пришелся разведчикам по душе: рослый, мускулистый, поджарый, с открытым, приветливым и одновременно решительным лицом. На беспомощного Паганеля он совершенно не походил!
— Называйте меня "Форвард", — значительно произнес аспирант, пожимая руки офицерам.
— Как скажешь, Борис, — усмехнулся Немо. — Конспирация на подводной лодке — превыше всего!
— Тем более что и фамилия твоя в настоящее время не совсем политкорректна, — заметил Бравый, — в «незалежной» сейчас черт знает что творится!
— Я гения "чистой воды" совсем не так себе представлял, — признался Илья. — Ты, и в самом деле, выглядишь, как заправский форвард.
— Мне что, очков не достает? — улыбнулся Борис. — Может, мне отрастить живот, полысеть и скрючиться?
Римлянин встал позади ученого и положил руку ему на плечо.
— Нашим предкам и в голову бы не пришло загнать на глубину тщедушного "ботаника", — поделился он своими соображениями, — значит, знали как будет выглядеть настоящий русский гений в 2007 году!
— Откуда они могли знать? — удивился Бравый.
— Думаю, из ноосферы, — с готовностью пояснил Форвард, — я сам оттуда иногда черпаю информацию. Оттуда же они взяли и современный русский язык для своего Звездного Послания, чтобы вам, воякам, головы не нагревать. Присаживайтесь, товарищи офицеры, — произнес он менторским тоном, — я вам сейчас все объясню.
Разведчики, добродушно посмеиваясь, расселись по своим штатным местам.
Несколько дней они шли к Северному Полюсу, держась под днищем исследовательского судна "Академик Федоров", дорогу которому прокладывал ледокол «Россия».
Сокращать путь, следуя к «зоне» напрямик, Римлянин не рискнул. Год назад он столкнулся с чудовищным предательством в правительственных кругах, когда наследство звездных предков русских людей оказалось под угрозой захвата международными террористами, действовавшими по заказу изменников родины. Выявив и уничтожив предателей, причастных к этому нападению, руководитель движения «Гамаюн», наделенный президентом России исключительными полномочиями, действовал в дальнейшем крайне осторожно. Он понимал, что коррупция и прочая мерзость проникли в разлагаемое врагами общество настолько глубоко, что уничтожить
Арктическую экспедицию санкционировал президент
