Оценив по достоинству и этот комплимент, Светлана благодарно улыбнулась. Елена стояла слева от матери и чуть позади нее, не смея поднять глаз. Взяв ее за руку, Светлана вывела ее вперед.
— Моя дочь, Елена, — сказала она, и голос ее на мгновение дрогнул.
Ей вдруг показалось, что она не просто представляет свою дочь этому молодому мужчине, а отдает ее ему навсегда.
Елена, наконец, отважилась взглянуть на Илью и протянула ему руку.
— Илья, — сказал он, придержав ее руку в своей, и добавил: — Синельников.
Она тут же безотчетно примерила к себе его фамилию, и она прозвучала для нее, как музыка.
От волнения Елена промолчала.
Илья поднес ее руку к губам и поцеловал запястье. Он почувствовал, что девушку охватывает нервная дрожь и, чтобы разрядить обстановку, оглянулся по сторонам и громко спросил:
— А где ваш супруг Менелай?
Оценив его такт, Елена смущенно улыбнулась. С Олегом, подхватившим его спортивную сумку, Борисом и Виолеттой Илья познакомился уже по дороге к беседке.
Застолье продолжилось.
Сидя напротив Елены спиной к заливу, Илья обменивался с ней взглядами и пытался решить: осложнила его задачу их неожиданная встреча или, напротив, сказочным образом упростила. За последние четыре года ему ни разу не приходилось раздумывать над тем, как совместить выполнение приказа с личными обстоятельствами без ущерба для того или другого, потому что ничего личного за эти годы у него просто не было. Теперь это
Елена улыбнулась в ответ.
Академик Добродеев предложил вновь прибывшему гостю произнести тост в честь юбиляра.
В памяти Ильи возник последний разговор с Римлянином, когда окончательно уточнялись детали предстоящей операции. Тогда Илью позабавила заключительная часть этого разговора.
— Не так давно, — обращаясь к профессору Азарову, заговорил Илья, — я встречался с одним великим человеком. Не могу назвать его имени по той простой причине, что свое настоящее имя он, похоже, и сам уже давно забыл. Сегодня он — Иван Иваныч, завтра — Семен Семеныч…. Послезавтра — Рабинович Сигизмунд Яковлевич.
Произнося последнюю фамилию, Илья сграссировал, и гости засмеялись.
— Наша встреча, — продолжил Илья, — была рассчитана на двенадцать минут. Получилось так, что все деловые вопросы были решены за девять. В оставшиеся три минуты этот человек, по праву старшего, успел сделать мне наставление. Он сказал: "Тебе обязательно нужно жениться, и как можно скорее. Это украсит и продлит во времени твою мужскую сущность. В твои годы я уже увлекался… подругами моей жены. Сейчас я значительно повзрослел, но все еще увлекаюсь… подругами моей дочери".
Лидия Бокалова многозначительно взглянула на мужа.
— Вы любимы, Андрей Александрович! — заканчивая тост, Илья подошел к супругам Азаровым. — Эта любовь легко читается во взгляде вашей очаровательной жены. Так любящая женщина может смотреть лишь на настоящего мужчину!
Илья поднял фужер с шампанским, гости последовали его примеру.
— За вашу мужскую сущность, профессор! Я уверен, что для Светланы ваша ученость — лишь приятное, но совершенно необязательное приложение к этой сущности!
Андрей Александрович с чувством пожал руку Илье, раздались аплодисменты. Растроганная Светлана приникла к мужу, обняв его за шею.
Елена была тронута не меньше матери и промокнула салфеткой повлажневшие глаза.
Илья вернулся на свое место и поставил на стол нетронутый фужер. Этот маневр не остался незамеченным.
— Илья, — с интересом спросил академик Добродеев, — ты не пьешь?
— Я уже захмелел, — улыбнулся молодой человек и посмотрел на Елену.
Пробудившимся неожиданно и бурно женским чутьем девушка угадала, что имеет в виду Илья, и мечтательно прикрыла глаза.
Ирина была воспитанной девушкой. Она смирилась с тем, что Илью ей не заполучить, и ей осталось только завидовать своей лучшей подруге, которая (она была в этом абсолютно уверена) скоро будет носить заветную фамилию. Ирина принимала участие в общем застолье, рассеянно болтая о всяких пустяках с Борисом, Олегом и Виолеттой, и не мешала Синельниковым, как она уже мысленно называла Елену и Илью, обмениваясь взглядами, вести безмолвный диалог. Но ее жгло любопытство.
Наконец, она не выдержала и задала прямой вопрос:
— Илья, ты можешь рассказать, наконец, где ты пропадал четыре года? Искал приключений?
— Как сказал Пацюк кузнецу Вакуле, "тому нет нужды далеко ходить, у кого черт за плечами", — усмехнулся Илья. — Приключения сами меня находят. Видимо, судьба такая.
— А может быть, натура? — спросила Виолетта.
— Или натура, — легко согласился Илья. — В любом случае я могу умереть от чего угодно, только не от скуки.
