Кажется, Финиста ждал серьёзный разговор. Но разговор подождёт, сначала поесть надо. Я наскоро накрыла поздний ужин. Вытащила из печки сочное, пусть и остывшее мясо, поставила на стол тёплую картошку с зеленью и разлила по мискам куриный бульон. На сладкое я подала пироги с яблоками. Колдуны набросились на ужин, как голодные волки, а я присела с края стола, глядя на них со смутным чувством удовлетворения. Хорошо, что чем-то помогла. Пусть это и обычный ужин.
Финист умял первую миску бульона и попросил добавки: от растраты сил он ел как не в себя. Жаль, что я не обычная колдунья – если б и у меня колдовство силы забирало, наверняка стала бы стройной, как Василиса.
– А где Алёша? – опомнился муж.
– Уже спит.
Алёшу я покормила раньше и уговорила лечь. Хотя он боролся с усталостью до последнего, не желая спать, пока дед с отцом не вернулись.
– Сомневаюсь, – улыбнулся Финист, прислушиваясь к топоту на лестнице.
Алёша забежал на кухню и бросился к нему.
– Кто-то обещал спать. – Я сделала вид, что сержусь.
Алёша, к нашему общему удивлению, подошёл ко мне.
– Я спал. Но дверь хлопнула, и я проснулся. Сейчас лягу обратно, честно. – Он придержал меня за подол платья, заглядывая в глаза.
– Учти, ты обещал!
Мальчик кивнул и, поочерёдно обняв отца и деда, пожелал им спокойной ночи.
– Вы помирились? – удивился Финист, когда Алёша снова ушёл в опочивальню.
– Что-то стряслось, пока нас не было? – догадался более прозорливый Кощей.
На оба вопроса я ответила «да». Рассказ о «невесте» колдунов позабавил, а муж крепко поцеловал меня: видимо, чтобы не усомнилась, кто ему жена. Я уже узнала от Алёши, что незваной гостьей была няня, несколько месяцев назад выставленная из дома, но по-прежнему преследовавшая Финиста.
– Может, стоит объявить о вашей свадьбе? – предложил Кощей, отсмеявшись. – Алёша знает правду. Да и слухи так или иначе пойдут…
– Может, и стоит, – задумался Финист, поглаживая мою руку. Брачные браслеты легонько соприкасались друг с другом.
– Но в следующий раз гони таких нахалок в шею, – добавил свёкор.
Я кивнула и принялась было выспрашивать об убитой колдунье, но о ней оба рассказывать не спешили. Я и с одной стороны к разговору подводила, и с другой. В конце концов не выдержала:
– Или вы говорите как есть, или я сама разузнаю!
– О чём? – попытался выкрутиться Финист.
– Лель рассказала про убийство колдуньи.
– Вот же болтливое полено, – выругался муж и тут же замолчал под недовольным взглядом Кощея. – Хорошо, я расскажу. Но сперва пообещай, что в ближайшие дни из дома одна не выйдешь. Меня зови, отца, да хоть Василису…
– Что случилось-то? – не выдержала я.
– Убили заклинательницу огня – ту, которая тебе так понравилась. Почти сразу после её выступления. Мы подозреваем, убивец был в шатре, наблюдал за ней. Он мог ощутить твою силу, и если он её почуял…
– Он начнёт за тобой охоту, – мрачно закончил за него Кощей.
Я понимала, что положение нешуточное, но загадочного убивца не испугалась. Как-то не мнила я себя великой колдуньей, на которую он позариться может, да и сила моя пока выражалась стихийно. Даже Кощей ничего не заподозрил, а мы всё-таки под одной крышей живём! Для себя же решила – если прознают, что в нашем доме живёт шептун, пусть лучше на меня думают, чем на Алёшу. Я не хотела, чтобы убивец охотился на него.
Поздно ночью, сидя на кровати и расплетая косу, я расспросила у Финиста об убийствах. Слова Лель об обрядах чернокнижника не выходили из головы.
– Несколько лет назад убили заезжую семью колдунов, – припомнил муж, садясь позади меня и играя распущенными прядями волос. К долгому разговору он был не расположен, я и не настаивала. – Но все грешили на оборотней. Поймали вожака местной стаи, а он тот ещё безумец. Был.
– А ты как думаешь, это он расправился с колдунами? – Я повернула голову, чтобы мужу было удобнее, и он отвёл волосы в сторону, целуя шею.
– Не уверен. Тому оборотню было всё равно, колдунов убивать или нет. Но меня не спрашивали, а вмешиваться я не стал: Алёше было два года, сама понимаешь, тут другие хлопоты. Так или иначе, оборотень получил по заслугам, крови на его руках было немало.
Да уж, с маленьким ребёнком Финисту было не до загадочных злодеяний. Прекратились убийства – и хорошо.
Поцелуи стали более настойчивыми, муж чуть наклонил меня вперёд, забираясь руками под ночную рубашку. Щекотно и приятно – я не могла понять, какое чувство сильнее, пока его ладони не накрыли грудь. Я зажмурилась от нежных ласк, утопая в них, и прочие вопросы вылетели из головы.
– Знаешь, я совсем разленюсь, если буду просыпаться с тобой каждое утро. Мне совершенно не хочется вставать, когда ты рядом! – с улыбкой произнёс Финист, когда мы проснулись на заре в объятиях друг друга.
Солнечные лучи игриво заглядывали в опочивальню, но в открытое окно дул прохладный ветерок.
– Так оставайся, – предложила я и первая поцеловала мужа.
Он с пылом ответил на моё желание. Увы, насладиться друг другом нам не дали. Стоило поцелуям перейти за черту благопристойности, как раздался знакомый стук в калитку. Ну что за люди! Ни стыда ни совести!
