Саурва взревел от неожиданности. На миг в его желтых выпученных глазах мелькнуло нечто вроде узнавания. Ведь именно от его изогнутых когтей погиб мужчина. Захваченный жаждой крови, дэв бросился на него. Лорд Фокс даже не предпринял попытки сдержать нападение. Коготь чудовища пронзил ему грудь.
Но тут оба внезапно отпрянули друг от друга. Саурва завизжал от невидимой боли. Восставший из мертвых полководец опустился на землю, прижимая руку к разодранной груди и ловя ртом воздух, который ему был не нужен, его зубы обнажились в сердитом рыке. Реакция ази не заставила себя долго ждать. Он мгновенно приземлился возле саурва, споткнувшись при торопливой посадке. Лорд Кален первым соскочил с его спины и сразу же обрушил свой меч на незащищенный бок обреченного дрихтианца, стоило тому приблизиться к нему.
– Фокс! – С нашей последней встречи она сильно изменилась. Ее волосы, черные словно ночь, струились по спине, тело облегало то же хуа с тремя драконами, в котором я увидел ее во время нашего первого знакомства, в темных глазах по-прежнему таилась загадка, но щеки впали, а кожа потеряла былое сияние. В это мгновение между ней и Фоксом, между ней и Каленом, между ней и ее дэвами промелькнула безмолвная мысль, – и оба саурва и ази встали на их защиту: они рвали и кромсали дрихтианцев, продолжающих, несмотря на сокращающуюся численность, нападать.
– Ты сделал это специально, – прошипела она, тон ее голоса резал глубже, чем колкие ножи ветра Искателей смерти.
Лорд Фокс мрачно улыбнулся, прежде чем ази своим телом скрыл их от моего взора.
Я не знаю, как долго длилось сражение. Я прятался за спинами Искателей смерти, пока те чертили руны одну за другой, застилая небо невидимыми глазу преградами. Время от времени я ловил взглядом взрывающиеся осколки, когда те ударялись о магические щиты, словно сталкивающиеся лезвиями мечи, высекающие искры. Я оттаскивал раненых ближе к блокаде, возведенной одалийцами, и съеживался возле них калачиком в надежде, что нас не затронет ни одна неуправляемая руна или атака дэва. Но ту троицу все это время мне было не видно; ази и саурва по-прежнему загораживали их, хватая зубами и разрывая на части все, что приближалось к ним.
Наконец заурви удалось справиться с огнем. От гор клубами валил дым, дрихтианцы, которые не подверглись изменениям, кашляя, выходили из него, отворачивали лица и поднимали руки с мольбой о пощаде. Только обреченные продолжали свой проигранный бой, бросались на объединившиеся войска до тех пор, пока не были убиты все до последнего.
