— Ты почти сразу потерял сознание, — сказала Адель, с раздражением глядя на Кси. — Да сколько можно, Триквер! Прекрати это баловство! Ведешь себя как дитя малое. Когда уже Линт поймет, что закрывать тебе рот бесполезно!
Кси продемонстрировала ей незамысловатую комбинацию из пальцев.
«Кажется, насчет бесполезности ошейника Адель не права — Кси научилась очень лаконично и емко выражать мысли», — подумалось Дармеру. Видя, что Адель пошла красными пятнами от злости, он спешно задал новый вопрос:
— Так что в итоге с дуэлью? Я победил?
Он почти не сомневался в положительном ответе, но все равно страшился услышать «нет». Меньше всего ему хотелось проходить через это вновь, если судьи признали ничью.
— Победил, — успокоила Адель. — Никто не смог это оспорить.
«Значит, попытки были», — Дармер не удивился. Антаресы вряд ли так просто смирились с поражением.
— Гиртаб, кстати, уже ушел из госпиталя, — словно догадавшись, о чем он думает, прибавила Адель.
— Ты его видела? — встрепенулся Дармер. Он не желал, чтобы Гиртаб после проигрыша общался с его друзьями. Особенно с Адель.
— Мельком. Твоя палата далеко от его. Мы видели издалека, как он в сопровождении своей свиты уходит из госпиталя.
Дармер мысленно поблагодарил лекарей за столь разумное решение. Многие из них клановые и отлично понимали ситуацию.
— Он пострадал меньше тебя, — сказал Мартес. — Всего лишь поражение молнией. Потому и вылечили быстрее.
— Ну да, по сравнению со мной, и правда «всего лишь», — усмехнулся Дармер. — Хотя, как и я, был при смер…
Дверь скрипнула. Все обернулись.
Кого бы ни ожидали увидеть друзья, но точно не эту смуглую черноволосую девушку. В палату зашла и закрыла за собой дверь Моринга из команды Гиртаба.
— Всем доброго дня, — сказала она в полной тишине. Одиннадцатая команда смотрела на нее, не двигаясь с места.
— И что тебе тут надо? — первой отмерла Адель. — Твоего дружка давно выписали!
— Он мне не дружок, — резко отозвалась Моринга. — И в госпиталь я пришла не из-за Гиртаба.
— А зачем тогда?
— С семьей пообщаться. У меня здесь много родственников.
Девушка подошла ближе и, остановившись в трех шагах от койки, скрестила руки на груди.
— Ты из клана Медейн, — догадался Дармер.
— Да, — с достоинством подтвердила Моринга. — Большинство «друидов» госпиталя из него.
— Я так и думал.
— Но зачем ты пришла сюда, к нам? — спросила Салли.
— Я уже сказала, зачем. Поздороваться с семьей, — Моринга вытянула шею, чтобы заглянуть ей за спину. — Мартес! Не прячься — я тебя увидела.
«Друид» робко показался из-за Сальвадоры.
— Привет… Моринга.
— Здравствуй, Мартес. Рада тебя видеть.
— Вы знакомы? — удивилась Салли.
— Правда, рада? — спросил Мартес, недоверчиво глядя на Морингу.
— Почему ты сомневаешься? Разве я когда-нибудь относилась к тебе плохо?
Салли в недоумении смотрела на «друидов». Адель, нахмурившись, переводила взгляд с одного на другую. А Кси уже все поняла. Она встретилась глазами с Дармером и медленно прикрыла их. Дармер в ответ чуть наклонил голову и снова посмотрел на магов Земли.
Оба «друида» смуглые, темноглазые, с блестящими черными волосами. У Мартеса они вьются, а у Моринги волнами лежат на плечах и спине. Похожую внешность имели многие представители клана Медейн. Дармер не раз встречал их в Некфисе и знал наверняка. Но почему-то раньше ему не приходило в голову сложить два и два. Возможно, потому, что Мартес не производил впечатления кланового выходца.
Осталось понять, насколько близко это родство.
— Мартес, — проговорил Дармер вкрадчиво, — может, расскажешь нам?
«Друид» обернулся и затравленным взглядом посмотрел на товарищей.
— Мы же твои друзья, — мягко произнесла Салли, — разве не так? Мы всегда поддержим тебя.
Дармер, Кси и Адель кивнули, и это приободрило Мартеса. Он посмотрел на Морингу, затем снова на друзей.
— Это…, — начал он тихим неуверенным голосом, — моя троюродная сестра.
Дармер ожидал услышать нечто подобное и почти не удивился. Зато на других это произвело впечатление.
— Так ты…, — прошептала Салли.
— Нет, — быстро сказал Мартес. — Я — нет, — прибавил он. — Мой отец — да.
Воцарилось молчание. Никто не издавал ни шороха. Все смотрели на Мартеса. А тот, поникнув головой, чуть слышно закончил:
— Он женился на простолюдинке.
Дармер ощутил себя так, будто из него выпустили воздух. Он откинулся обратно на подушку. Напряжение, владевшее им последние минуты, исчезало. Мартес мог больше ничего не объяснять. Теперь все ясно.
У Медейнов самые свободные традиции среди клановых. Но даже они не отнесутся с пониманием к собрату, выбравшему в спутники представителя низшего класса. С точки зрения любого кланового это — позор, растрата магии и крови. В другом клане отца Мартеса лишили бы фамилии и изгнали. Медейны так не поступают. Провинившиеся несут наказание, но остаются в клане.
Однако сам Мартес… Будь его отец изгнанным, он бы родился и вырос в обычной семье в окружении простых магов. А так «друид» всю жизнь провел среди клановых, презирающих союз его родителей.
