— Да, — отзываюсь я, морщась. — Когда она проснется?
— В любое время. Вы обе были без сознания в течение двух солнечных оборотов, или двух дней.
От резкости его тона трудно отмахнуться. Видимо, спала я недостаточно долго, потому что он все еще обижен на меня. Это не тот разговор, который хотелось бы вести, тем более что знаю, что это приведет только к ссоре. Лично я не жалею, что спасла Камиллу, и никогда не пожалею. У нее есть семья, которая любит ее и ждет на Земле. Я не жалею.
Подняв взгляд на Брэкстона, задаюсь вопросом, захочет ли он когда-нибудь иметь семью, состоящую только из нас двоих. Знаю, что иногда пары вполне довольны жизнью без детей, но понятия не имею, что думает по этому поводу Брэкстон.
Может ли меня быть достаточно для него? Или мне лучше вернуться на Землю с Камиллой?
— Мы возвращаемся на мою родную планету, верно? — спрашиваю, пытаясь перенаправить разговор в сторону от того, что я слишком злоупотребляю своими способностями и чуть не убила себя. Опять.
— Да. — Слово звучит отрывисто, но в этом односложном слоге столько эмоций.
— Сколько еще осталось до прибытия?
Брэкстон тяжело вздыхает, и я не могу понять, просто ли он раздражен моими расспросами или это нечто большее. — Мы прибудем завтра.
— Хорошо. — Я киваю, запоминая эту информацию. Это означает, что у меня есть еще только одна ночь с Брэкстоном, если не останусь с ним. От одной мысли о том, что больше никогда его не увижу, мне становится плохо, и я сжимаю грудь, когда в ней появляется острая боль.
— Намори, ты в порядке?
В ответ натягиваю на лицо улыбку. — Я просто устала.
— Мне нужно позаботиться о других пациентах, но я скоро приду проведать тебя.
— Спасибо.
Брэкстон смотрит на меня, явно сомневаясь, стоит ли уходить. Не понимаю, о чем он думает. Как обычно, его лицо ничего не выдает. Но потом он берет свой планшет, печатая пальцами, как будто они горят. Я продолжаю наблюдать за ним, пока мои глаза не закрываются, несмотря на то, что пытаюсь держать их открытыми, так как не хочу упустить ни секунды общения с ним.
С моего тела срывают одеяло, и вскоре две теплые руки скользят под моими ногами и по спине. Запах Брэкстона окутывает, как только он прижимает меня к своей груди, и я мгновенно расслабляюсь в его объятиях. Шаги его тихие, но сердце стучит тихонько у моего уха. Я прижимаюсь ближе, мне нравится, что его мышцы мгновенно напрягаются от моего движения.
Как только звук открывающейся двери касается моих ушей, я понимаю, что мы покинули клинику. Подозреваю, что он несет меня в свою комнату, но очень надеюсь, что не планирует оставлять меня одну. Все изменилось по сравнению с тем, когда мы были на Чарвиксе в последний раз, поэтому надеюсь, что Брэкстон захочет остаться со мной.
Открыв глаза через какое-то время, с трудом сохраняю спокойствие, пока Брэкстон несет меня к месту назначения.
— Ты несешь меня в свою комнату? — спрашиваю я.
Брэкстон смотрит на меня и кивает.
— О, замечательно. Больничная койка была милой, но в палате слишком много посторонних людей, которые меня беспокоят.
— Я вполне привык к ним после стольких лет, поэтому больше их не замечаю, — отзывается он. — Но да, ты сможешь спокойно выспаться в моей каюте.
На языке вертится вопрос, планирует ли он остаться, но решила подождать и посмотреть, что будет дальше. Мы оба молчим всю дорогу до комнаты, и как только Брэкстон оказывается внутри, укладывает меня на кровать и садится рядом.
— Где ты будешь спать? — спрашиваю я. Мысленно ругаю себя за уязвимость, легко уловимую в моем тоне. Как будто практически умоляю его остаться со мной. Неубедительно.
Брэкстон пристально всматривается в меня нечитаемым взглядом. — Где ты хочешь, чтобы я спал?
— Где ты хочешь спать? — отвечаю я. Сейчас мой тон из жалкого становится пошлым. Великолепно.
Брэкстон кладет руки по обе стороны от моих бедер, пока не оказывается так близко, что я чувствую тепло его тела, проникающее в мое.
— Я бы предпочел вообще не спать, — пробормотал он. — Или, по крайней мере, гораздо позже.
О-о-о. Хороший ответ.
Мои губы растягиваются в улыбке, и я провожу пальцами по его руке, прослеживая татуировки в простой ласке. — Так что же ты задумал?
В его глазах появляется озорной блеск, и он отвечает: — Я надеялся, что смогу позаботиться о своем пациенте.
Да, пожалуйста.
Обхватив его шею руками, нахально заявляю: — Доктор, я чувствую себя неважно.
— Так не пойдет. — И отстраняется от меня, отчего моя гримаса становится реальной, до тех пор пока он не освобождает меня от одежды и не укладывает обратно. — Мне нужно осмотреть вас.
Мое дыхание сбивается, когда он вводит свои пальцы в мое лоно и нежно поглаживает изнутри. Другую руку кладет на живот, наблюдая за мной сверху вниз.
— Вот где я хочу быть. — Потом он поглаживает мой клитор, пока я не начинаю извиваться. — Пока не кончай, Скайлар.
Я слишком занята тем, что выгибаю спину и сжимаю в кулак простыни. Наслаждение проходит сквозь меня, прокладывая дорожку прямо к моему лону. Оно влажное, и от ласк его пальцев я дрожу. Пока Брэкстон не отстраняется.
