– Думаешь, это смешно? – сказала Айрин с многообещающей улыбкой, взвешивая в руке третью подушку.
Но Рустам не успел ей ответить. Через раскрытое окно они услышали мужской крик, грубым диссонансом ворвавшийся в их безоблачное настроение:
– Помогите! Пожалуйста, помогите! Люди добрые… не оставьте… помогите! Богом заклинаю!
Супруги встревоженно переглянулись. Рустам подхватил ножны с мечом.
– Я посмотрю, что там.
– Я пойду с тобой, – сказала Айрин, поправляя платье.
Рустам коротко кивнул. Они спустились вниз и вышли во двор. У ног нахмурившегося Гарта стоял на коленях немолодой усатый мужчина. Его лицо было перепачкано кровью и слезами, смешавшимися с грязью.
– Помогите! – стонал он, протягивая к Гарту руки. – Спасите жену и дочек! Не оставьте…
– Что случилось? – спросил Рустам.
Гарт повернул к нему хмурое лицо и кивнул в сторону плачущего мужчины:
– Говорит, что на его семью напали разбойники. Они ехали на ярмарку и…
Мужчина бросился в ноги Рустаму:
– Светлый господин, не оставьте, заступитесь! Их всего-то было человек семь, ну да куда мне одному… Налетели, избили… Жену и дочек забрали с собой вместе с повозкой и добром… Меня убить хотели, но вырвался я… Не оставьте, богом заклинаю, если не жену, то дочек спасите!
– Где это произошло?
– Там… севернее по дороге. Да тут недалече будет… Не оставьте!
Рустам посмотрел на Гарта, тот понимающе кивнул и заорал:
– Сард, где ты там?! Кончай дрыхнуть, бери оружие, дело есть!
Все понимали, что если они хотят спасти женщин, то время дорого. Быстро натянули доспехи, подхватили оружие и сели в седло. Кроме верных друзей с Рустамом были еще четверо слуг, крепкие, прожженные мужики из Гросбери. Из брони на них были только кольчуги, а из оружия лишь копья, но и этого было больше чем достаточно. Ведь разбойников было всего семеро. Они хотели взять с собой еще и пострадавшего мужика, но силы оставили беднягу, и он без чувств рухнул прямо в пыль. Решили обойтись без него.
Рустам надел шлем, застегнул пряжку и отыскал взглядом Айрин. Она кивнула:
– Береги себя.
Он улыбнулся и, опустив забрало, пришпорил коня. Небольшой отряд вихрем вылетел из ворот трактира и помчался по дороге к северу. Сердце Айрин невольно сжалось от нехорошего предчувствия. Но изменить что-либо было уже поздно.
Они проскакали километров десять, но нигде не встретили ни малейшего следа ни самих разбойников, ни их злодеяния.
– Черт его знает что! – выругался Гарт, останавливая своего коня и удивленно оглядываясь. – Куда они могли запропаститься в чистом поле? Ни деревьев, ни холмов, негде же спрятаться.
– Может, еще дальше проедем? – предложил Сард.
Рустам закусил губу.
– Если у них была повозка, они не могли далеко уйти. Что-то здесь не то… – Он посмотрел на Гарта, страшная догадка блеснула в его взгляде.
Гарт выругался:
– Твою же мать! Я убью этого урода!
Рустам уже разворачивал коня. Они понеслись обратно, не жалея ни себя, ни лошадей.
Трактир встретил их тишиной и запустением. Выбитая дверь, сломанные окна, занавеска, сиротливо развевающаяся на ветру, и мертвый трактирщик, с раскроенной головой лежащий на пороге. Рустам, на ходу спрыгнув с коня, вбежал в трактир.
– Айрин! Айрин! – прокричал он с безумной надеждой, перепрыгивая через ступеньки.
Дверь распахнута, вещи разбросаны по комнате. Никого нет, пусто. Рустам, пошатываясь, спустился вниз. Друзья и слуги обыскали дом. На кухне нашли убитую хозяйку и двух трактирных служанок, тоже убитых. На конюшне седого конюха, пробитого копьем. А из подвала Сард вынес на руках десятилетнюю девочку, дочку трактирщика, с соломенными волосами и перепачканным лицом… живую.
Неслыханным усилием заставив себе не кричать и говорить спокойно, Рустам спросил у нее:
– Что здесь случилось?
Девочка заплакала:
– Прискакали люди с оружием. Они забрали вашу жену и ее служанку. Отец стал кричать… и тогда тот дядя, который просил вас о помощи, ударил его… топором…
– Куда они поскакали?
– Я не видела… я спряталась… а мама так кричала…
Сард обнял плачущую девочку и, неловко гладя по волосам, стал успокаивать. Рустам выбежал за ворота, огляделся и… упав на колени, схватился за голову. Дикий крик отчаяния и невыносимой душевной боли разнесся по окрестности, спугнув стаю беззаботных птиц…
Айрин и Лаймии надели повязки на глаза, связали руки и ноги и долго везли куда-то в закрытой карете. Они ехали несколько дней. Ночью их развязывали, и две молчаливые женщины под присмотром солдат в масках ухаживали за пленницами.
Было уже темно, когда они приехали в незнакомый мрачный замок. Их провели по длинным коридорам и развели в разные комнаты. Солдаты сняли с Айрин повязку и ушли, закрыв за собой двери на замок. Айрин было страшно, но еще больше она волновалась за Рустама. Все это время она вспоминала слова Злотаря о том, что его хотят убить. Она представляла, что он лежит сейчас где-нибудь в грязи, изрубленный и изрезанный, и сердце ее обливалось кровью.
