Капитан с возмущением выпрямился, но наткнулся на радостный взгляд Ченга и промолчал, только желваки заиграли на скулах.
Так в отряде торговцев шелками появился подмастерье.
В город мы явились к закату.
Первые же две таверны были отвергнуты Ю Шэн-Ли, как «босяцкие».
— Мы уважаемые торговцы, — сказал он, со значением поднимая указательный палец. — А не какое-то отребье, которое может спать с клопами и крысами.
— Только не клопы и крысы! — пискнула я, со страхом глядя на покосившиеся домишки. В узких улочках, которые мы проезжали, едва ли можно было разъехаться двум экипажам, люди шарахались в стороны, но с интересом провожали взглядами, навесы почти смыкались над нашими головами, архитектура здесь была куда скромнее, чем в Фессалии и тем более в Альтаре, но по-своему красива суровой северной красотой. И куда ни взгляни — шпили, шпили, острые, пронзающие небо, где уже окрашивалось в алые тона закатное солнце.
— А вот этот подойдет, — сказал Ю Шэн-Ли и кивнул на вывеску с нарисованным мохнатым зверем в дурацком колпачке. — «Танцующий медведь».
«А у нас говорят, что медведю на ухо наступили», — хихикнул Умник.
«У нас говорят так же», — призналась и я.
Ганс спешился и позвонил в колокольчик, после чего нам открыл ворота зевающий и заспанный парень и впустил нас во двор.
Эта таверна, действительно, выглядела куда лучше своих предшественниц. Довольно большой двор и чистые конюшни, сама таверна в два этажа, пьяных криков не слышно и по воздуху не разливается нестерпимый сивушный дух, от которого меня бы наверняка замутило. Хватит с меня «пьяной катаранги»!
Спрыгнув с обоза, Ченг помчался помогать конюху с лошадьми, заодно, видимо, считая, что на первое время ему лучше действительно как можно меньше попадаться на глаза суровому послу. Мы же вчетвером зашли в помещение, где за дальними столиками тихо сидели и переговаривались несколько посетителей, пили густое пиво из кружек и закусывали жареными колбасками. Хозяин в засаленном фартуке поклонился нам из-за прилавка, и Шэн, сложив ладони, поклонился в ответ.
— Пусть солнце освещает ваш дом! — сказал он по-кентарийски, но с альтарским акцентом. — Найдется ли у вас пристанище для пяти заезжих торговцев?
— Найдется, отчего же нет! — ответил хозяин, медленно пережевывая тягучую темную смолу. — Сколько комнат изволите?
— Две, — ответил Шэн. — И разные кровати, пожалуйста. Но сначала хотелось бы отобедать.
— Выбирайте столик, сейчас вас обслужат, — ответил хозяин и скрылся в подсобке, крича что-то неразборчивое.
Мы сели за стол, и я с удовольствием откинулась на спинку стула, вытянув гудящие ноги. Все-таки приятно сидеть в тепле, где ничего не трясет и не дует. По правую руку от меня сел Шэн, по левую Ганс, а капитан расположился напротив и принялся крутить головой, осматриваясь. Он весьма оживился, когда к столу подошла молоденькая девушка в аккуратном переднике и спросила, чего мы пожелаем на ужин.
— Тебя, моя голубка, — улыбаясь, сказал капитан.
И хорошо, что по-альтарски, никто не стал переводить девице эти слова, вместо этого выбрали себе по блюду. Я заказала рис с цыпленком и брусничный сок, и поймала на себе заинтересованный взгляд капитана.
— Надеюсь, порция не будет большой, ты и так поправился в последнее время, Мартин, — с усмешкой заметил он.
Я выпрямилась как ошпаренная и одернула рубаху, скрывая живот.
«Он заметил? — в панике спросила я у Умника. — Как думаешь, заметил?»
«Успокойтесь, хозяйка, у вас еще совсем ничего не видно, — ответил дракон. — Но все же будьте начеку, капитан такой хитрец!»
— Последите лучше за своей фигурой, капитан, — заступился за меня Ганс. — После ранения вы ходячий скелет.
— В Альтаре это называется стройность, — парировал капитан.
— То-то вас едва не сдувало ветром, когда появились черные всадники.
— Черные всадники? — воскликнули из-за соседнего стола.
Мы повернулись и увидели мужчину, который глазел на нас во все глаза и хмурил седые, нависшие над запавшими глазницами брови. Еще удивительнее то, что спросил он по-фессалийски.
— Успокойся, Свен, какие всадники, — один из приятелей попытался вернуть его в разговор. — Меньше пива пей.
— Молчи! — он стукнул кружкой о стол. — Эти господа говорят, что тоже видели их! И я не безумец, о, нет!
— Да, мы видели их, — подтвердил Ю Шэн-Ли. — Отряд появился на горизонте и нам пришлось прятаться в овраге, пока кавалькада не понесется мимо. Это было еще в Фессалии, но здесь, насколько я понял, не часто их видят.
— Кто-то не видит, а кто-то встречал, вроде меня, — кивнул незнакомец и отодвинулся от стола, поближе придвигаясь к нам. — Они пронеслись совсем рядом! Еще чуть-чуть, и меня бы здесь не было, да! — он тряхнул косматой головой. — Черные, злые, их глаза горели, как адские угли! А впереди на черном коне летел их предводитель…
— Какой предводитель? — спросила я, и почему-то сердце взволнованно затрепыхалось. Я видела его во сне, не так ли? Во сне, но не наяву. И в Фессалии ничего не говорили о том, что у всадников есть командир. Интересно, почему?
