– Не трожь девочку, проклятая ведьма! Я не позволю тебе погубить ее так же, как ты погубила мою сестру! – закричала она и подняла над собой большой деревянный крест.
Ведьма страшно зашипела, в комнате тут же поднялся ветер, и Маруся, пользуясь ситуацией, бросилась к учительнице, вцепилась в нее изо всех сил.
– Где твой оберег? – прокричала ей в ухо Катерина Ивановна.
– Остался в подполье, – виновато ответила девочка.
В комнате, между тем, стало твориться нечто, не поддающееся объяснению. Изображения демонов и черных сущностей начали слетать со стен и с грохотом падать на пол, вещи поднимались в воздух сами по себе и кружили вокруг Катерины Ивановны и прижавшейся к ней Маруси.
– Так значит, вы с девчонкой заодно? Я догадывалась! – закричала ведьма, – Крест твой мне не вредит, я к крестам давно привыкла. Зря, что ли, с попом столько лет прожила, выслушивая его молитвы и песнопения, обжигаясь раз за разом об иконы и распятия?
Ведьма взмахнула рукой и подняла вверх длинный черный ноготь, и в это самое мгновение крест учительницы рассыпался на мелкие щепки, а сама она от сильнейшего невидимого удара отлетела к противоположной стене и упала там без чувств.
Маруся снова закричала, ей показалось, что Катерина Ивановна мертва…
– Все! Никто тебе больше не поможет. Сейчас ты полностью в моей власти! Я убью тебя! Убью!—страшным голосом проговорила ведьма и подлетела к Марусе.
Девочка подняла голову – прямо над ней возвышалось чудовище в черном облачении. В ушах звенело, в ноздри бил приторный, удушливый запах мертвой плоти, тело сковал ужас, казалось, оно ей больше не принадлежит, Маруся совсем не чувствовала ног. Она закричала, закрыв лицо руками.
Ведьма положила свою огромную черную руку на Марусину голову, и из горла ее полился жуткий монотонный звук, похожий на вой. Это была ведьмина песня. Все вокруг потемнело, заволокло черным, едким дымом, Маруся начала задыхаться и кашлять. Грудь сдавило, казалось, больше она не сможет вздохнуть ни разу. А ведьма все пела, исторгая из себя звуки, режущие слух.
Внезапно Маруся приоткрыла глаза и заметила, как дверь подполья открылась, и оттуда высунулись две лохматые детские головки.
– Мама, мама, не мучай ее, не убивай, – взмолилась одна из девочек, – Она обещала поиграть с нами, мама! Отдай ее нам!
Ведьма даже не взглянула в их сторону.
– Не отдам! Убью! – прокричала она, глядя на трясущуюся от страха Марусю.
Тогда одна из девочек выпрыгнула из подполья и в считанные секунды оказалась возле матери. Забравшись, словно паук на тонких лапках, вверх по черному подолу ведьмы, она зарычала и вцепилась острыми клыками в ее руку, лежащую на голове Маруси.
Ведьма завыла, отдернула руку от Марусиной головы и изо всех сил ударила дочку. Но та сжимала зубы мертвой хваткой да к тому же рычала на мать, как тощая, бешеная собачонка.
Маруся, почувствовав, что ей стало легче дышать, опустилась на колени и подползла к открытой крышке подполья. Она хотела спуститься вниз за оберегом, но вдруг увидела, что из темноты к ней тянутся две тощие руки.
На маленькой ладошке лежал черный камень, по форме напоминающий сердце. Маруся не могла поверить своим глазам. Это было сердце ведьмы, которое она так долго искала, маленькая вампирша сама добровольно принесла Марусе камень, способный погубить ее мать…
Ведьма, увидев камень, взревела, в комнате вновь поднялся ветер, стены затрещали, стулья и прочая мебель поднялись в воздух.
– Ты ведь отдашь мне взамен свои сухарики? – спросила девочка, пытаясь перекричать шум, царивший в комнате.
– Конечно, отдам! Много-много сухариков принесу тебе! – Маруся быстро схватила камень из руки девочки и сунула его за пазуху.
Но ведьма тут же схватила ее за шиворот, и в следующий момент Маруся уже лежала на другом конце комнаты, кашляя от сильного удара. С трудом подняв голову, она увидела, что одна из девочек неподвижно лежит на полу, а вторая вылезла из подполья и, оскалив острые зубы, набросилась на мать.
– Да что же вы делаете, чертовки? – завопила ведьма.
Маруся встала на колени, пытаясь отдышаться, дрожащими руками она нащупала в кармане коробок спичек, открыла его и обнаружила всего две спички на дне коробка. Она подожгла одну, но сильный порыв ветра тут же потушил слабенький огонек. Маруся зажмурилась и, затаив дыхание, подожгла вторую спичку. Это был последний шанс…
Огонек вспыхнул, и Маруся аккуратно поднесла горящую спичку к мягкому ворсу ковра. Уже через несколько мгновений весь ковер пылал ярким пламенем. Ведьма завыла, поднялась в воздух, но огонь уже жадно лизал своими красно-оранжевыми языками стены и потолок комнаты, бесы на иконах визжали и корчились от огня. Маруся почувствовала небывалый восторг. Поднявшись на ноги, она закричала:
– Пусть все твое зло горит вместе с твоим сердцем!
Она подняла черный камень высоко над головой. Ведьма, увидев в ее руках свое сердце, завопила так, что в окнах полопались стекла, а Марусю сбила с ног волна ее жуткого, душераздирающего крика. Но камень уже полетел в огонь.