Она села на пол и стала судорожно думать, что можно предпринять в этой ситуации. Они с Катериной Ивановной даже не предполагали, что может произойти такое! Чуть не плача от обиды, Маруся закрыла глаза, сложила ладони вместе и начала читать молитву. Вдруг это каким-то чудом поможет? Маруся в чудеса давным-давно не верила, зато верила в Бога, поэтому молитва ее была искренней. Когда она дошла до середины, крышка вдруг отскочила сама по себе и с грохотом упала на пол, чудом не ударив девочку. Маруся вскрикнула от неожиданности, и тут же из раскрытого подполья к ней потянулись две тонкие ручки, они схватили ее и потащили вниз, в кромешную темноту. Крышка на секунду зависла в воздухе, а потом с грохотом захлопнулась…
***
На какое-то время Маруся потеряла сознание. Она очнулась от резкой боли – кто-то кусал ее в шею. Зубы были маленькие и острые, но они впивались в кожу, прокусывали ее насквозь. Вокруг было темно, Маруся застонала и почувствовала, как по шее вниз теплой струйкой потекла кровь. Она резко дернулась и обхватила руками голову своей обидчицы.
Никто не учил Марусю драться, и она никогда не дралась, лишь иногда давала сдачи задиристым мальчишкам из соседнего двора. Но сейчас она не растерялась, инстинктивно сжала ладонь в кулак и изо всех сил стукнула обидчицу по голове. Девочка упала, зашипела яростно, но кусаться больше не решилась, притихла где-то в углу. В подполье было темно, хоть глаз выколи. Маруся щурилась, пытаясь рассмотреть хоть какие-то очертания, но ничего так и не увидела.
– У тебя сухарик есть? Чую, что есть! Дай сухарик! Чего жадничаешь? – вдруг послышалось с другой стороны.
Голосок был тонкий и обиженный. Маруся пошарила по карманам. Нащупав в кофте пару сухарей, она бросила их в сторону просящей. Та, судя по странному звуку, набросилась на них, как голодный щенок, и в один миг проглотила.
Маруся вдруг нащупала в кармане коробок со спичками, который она, видимо, не положила на место, когда растапливала печь. Она зажгла спичку, и подполье огласили громкие визги. Два тощих, бледных, страшненьких зверька, которых сложно сейчас было назвать детьми, заметались по углам, не зная, куда деться от яркого света.
Но Маруся, хоть и испугалась, все же успела оглядеться вокруг, пока спичка не потухла в ее пальцах. И то, что она увидела, повергло ее в шок. Рука затряслась, и прогоревшая спичка выскользнула, упала на земляной пол. Рядом с ней стояли в ряд три маленьких гроба.
– Что же это такое? – в отчаянии произнесла она.
– Это наша спальня и наши кроватки, мы в них спим, – сказала та девочка, что просила сухари.
– Две наши, а третья твоя, – злобно прошипела та, что укусила Марусю за шею, – вот выпью твою кровь, и ты тоже в неё ляжешь, будешь днем спать, а по ночам будем играть с тобой. Это будет уже скоро! Так нам маменька пообещала.
Марусю прошиб холодный пот, о таком повороте событий она даже не задумывалась. Одна из девочек поползла к ней.
– Стой! Маменька не велела трогать ее, пока что она нужна ей самой, – сказала ей сестра.
– Маменька-маменька… Надоела мне уже наша маменька, – прозвучал в ответ угрюмый, капризный голос.
Сестры зашипели друг на друга, как две змеи. А потом притихли.
Маруся поняла, что если она прямо сейчас отсюда не выберется, то просто сойдет с ума. Она вытянула руки вверх и стала ощупывать потолок в поисках крышки. Нащупав что-то похожее на нее, она начала толкать крышку вверх изо всех сил. Но та не поддавалась.
– А ты зачем к нам пришла? Поиграть с нами хочешь? – высокий голос со злобными нотками раздался прямо над ухом Маруси.
Она вздрогнула, отшатнулась в сторону и уперлась спиной в темноте на что-то деревянное, наверное, это была стенка гроба.
– Девочки, – тихо вздохнула Маруся, – Я с вами поиграю, только позже. Я кое-что ищу тут. Мне нужен черный камень, похожий на сердце. Может быть, вы знаете, где его найти?
– Знаем. Но ты его не получишь. Маменька бережет его, как самое большое свое сокровище.
– Если вы мне поможете, я с вами непременно поиграю! И сухарей вам принесу. Всем отдам, не пожалею! – взволнованно воскликнула Маруся.
Девочки мерзко захихикали, принялись ползать вокруг Маруси, хватая ее за ноги.
– Ты и так скоро с нами будешь играть. И не столько, сколько ты захочешь, а столько, сколько мы захотим!
Кто-то из них вдруг вцепился ей зубами в ногу, Маруся вскрикнула от боли и пнула обидчицу наугад. Девочки зашипели и снова отползли в сторону.
– Я смогу освободить вас, если вы поможете мне, – взволнованно сказала Маруся.
В подполье повисло странное молчание. У Маруси по спине пошли мурашки, лоб покрылся испариной.
– Эй, вы чего притихли? – спросила она, поворачиваясь из стороны в сторону, ощупывая воздух вокруг себя растопыренными пальцами.
– Нас освободить невозможно, мы не переносим дневного света, – грустно вздохнула вторая девочка, – вот если бы ты пообещала что-то другое… К примеру, что останешься с нами навсегда, станешь такой же, как мы…