Сердце Ведьмы полностью

– Очень давно, – Ангербода содрогнулась при мысли об этом. – Я пришла туда из… не знаю откуда. А по пути я оказалась в Ванахейме и взялась учить их сейду. Фрейя была единственной из ванов, кто действительно уловил суть, а Один – единственным из асов. Но, видимо, этого хватило, чтобы начать войну…

– Ту самую войну? – Скади уставилась на неё. – Так ты… Гулльвейг? Я слышала, как о ней упоминали, но эти события произошли так давно, что теперь уже мало что известно. Люди думают, что она – Фрейя, или раньше была Фрейей. Из-за имени, понимаешь? Жадная до золота богиня, которая творит сейд, – неплохо подходит под описание.

– Хорошо, пусть и дальше так думают. Я не хочу иметь никаких дел с асами, – твёрдо сказала ведьма. – Они вырвали мне сердце и после этого ещё трижды пытались убить.

– Как же ты выжила?

Ангербода и сама всегда гадала об этом, а теперь… когда кто-то задал ей этот вопрос напрямую, она была вынуждена признать, что не имеет ни малейшего понятия.

– Я… я не знаю.

– И это тебя не беспокоит? То, что ты вернулась к жизни не только лишившись сердца, но и после трёх костров?

Ведьма заёрзала на стуле.

– Думаю, нет.

Скади, казалось, обиделась.

– Почему ты раньше не рассказывала мне об этом?

– Потому что я надеялась, что мне никогда больше не придётся об этом вспоминать, – сказала колдунья. – Мои дела с Одином и Фрейей и сожжение Гулльвейг – это всё, что я помню. Ни жизнь до этого, ни причину, по которой я путешествовала через миры богов. И ведь есть ещё пророчество…

Скади нахмурилась.

– Какое пророчество? То, что ты насильно показала Сигюн на берегу ручья? Или есть и другое?

Ангербода откинулась на спинку кресла.

– То, что я показала Сигюн, является частью гораздо большей головоломки. Всё началось однажды ночью. Я была беременна Хель, как вдруг почувствовала, что она умирает… Я воззвала к её душе, вернув из-за предела, так он и нашёл меня. Почувствовал моё колдовство.

Брови Скади удивлённо поползли вверх, но всё, что она спросила, было:

– Он?

– Один. С тех пор он стал преследовать меня в моих снах. Однажды мне приснилось, как Девять Миров погибнут, но чем всё закончилось, я не успела увидеть… Когда я рассказала об этом Локи, он просто пожал плечами, но…

– Надо было рассказать мне, – горячо возразила Скади. – Я бы не стала от такого отмахиваться.

– Теперь я и сама об этом жалею, – искренне сказала Ангербода. Она продолжила свой рассказ и описала, как Один в конце концов подтолкнул её к тому, чтобы узнать конец пророчества. Объяснила, как сначала сопротивлялась, как увидела достаточно, чтобы понять, что её сыновья были каким-то образом во всём этом замешаны, но не знала, чем всё закончится. Но после того, как той ночью Тор убил её, Одину наконец удалось заставить её увидеть пророчество полностью. А потом он так же заставил её поведать обо всем ему.

Впрочем, женщина не стала упоминать про страдания, что ждут Локи. Для самой колдуньи он больше не был важен, а лишнее упоминание о нем не ободрит её подругу.

Скади задумалась над серьёзностью её слов.

– Так ты знаешь, как все умрут? Сыновья Сигюн, Фенрир и Ёрмунганд? И остальные боги?

Ангербода кивнула.

– А что насчёт меня? – тихо спросила Охотница после долгой паузы. – Ты предвидела, как я?…

Колдунья открыла было рот, чтобы ответить, что даже если бы и видела, то ни за что бы не сказала, но потом поняла, что она и правда не видела. Она поискала в своих воспоминаниях о видении хоть какую-нибудь информацию о судьбе подруги и не нашла.

– Я… не знаю, – проговорила она наконец.

Скади явно не поверила, но постаралась говорить небрежно.

– Ну и ладно. В любом случае я бы не хотела этого знать.

– Нет, я действительно не знаю, – ответила Ангербода, выпрямляясь в кресле так резко, что в голове стрельнуло. Она откинулась обратно и поморщилась, переводя дыхание. – Я не видела, как ты умрёшь. А если я этого не видела, значит, этого может и не произойти, верно?

– Да не то чтобы, – начала Скади, – но…

– Может быть, я видела не всё, – перебила её колдунья. – Может, мне показали только то, что неизбежно. Вот почему Один хотел знать, что ему точно не удастся изменить, – для того, что понять, что изменить возможно. Это ключ к поиску лазейки, не так ли?

Скади открыла рот. Снова его закрыла. Пожала плечами.

– Значит, и мне нужно сосредоточиться на том, чего я не знаю, а не на том, что видела, – быстро закончила Ангербода, и мысли её опережали слова. Вопросов больше, чем ответов. – Я не знаю, как ты умрёшь; не знаю, как Хель…

Она замолчала. Хель. Я вообще не видела её в пророчестве. Да, Локи командовал кораблём с мёртвыми душами, но на борту не было той, что отныне ими управляет. А это значит, что она может и не принять участия в последней битве. Что, в свою очередь, означает…