Седа была прекрасной женщиной. Если только не подходить к ней слишком близко. Сейчас я руками могла ощутить костлявые выступы на ее узкой спине, видела, как они выступают под ее бледной кожей, и мне пришлось подавить желание отпрянуть от нее. Один из многих видимых эффектов пребывания ее в человеческом обличье. Всего несколько раз я видела Седу в ее стихии, воде, и мне было позволено полюбоваться ее великолепным русалочьим хвостовым плавником, покрытым чешуей сотен оттенков синего цвета.
Ее длинные светлые волосы спадали плавными волнами до костлявых бедер. Когда я случайно их коснулась, они оказались мягкими и странно влажными на ощупь. Мы оторвались друг от друга, и я заглянула в ее глаза, цвет которых отчетливо напоминал окраску ее русалочьего хвоста.
– Я благодарна тебе за это. Моей девочке нужна твоя помощь.
Она указала рукой на широкую двуспальную кровать позади себя и одновременно сделала шаг в сторону, давая мне туда пройти.
Девушка, очевидно, была из новых, так как я ее раньше не встречала. Это облегчило мне задачу, и я смогла действовать профессионально и отстраненно. Для нее я была только разрушительницей заклятий, а не знакомой шлюхой.
Ее кожа выглядела бледной и болезненной. Неприкрытую шелковой ночной рубашкой и одеялом часть тела покрывали красные и синеватые фурункулы, которыми, скорее всего, было усеяно все ее тело. Это было колдовство, для которого почти не требовалась магия, потому оно и было так популярно.
– Лучше бы ты привела ее ко мне, – укоризненно сказала я Седе. Конечно, я помогу ей и здесь, но в моей рабочей комнате все прошло бы быстрее. Там у меня была настойка, способная прекратить страдания девушки в течение нескольких минут.
– Ты же знаешь, что я не могу этого сделать, – возразила Седа. Краем глаза я заметила, как она двинулась в сторону зарешеченных окон. – Если ее хоть раз увидят посторонние, бордель мне придется прикрыть.
– Какая забота с твоей стороны, – пробормотала я и открыла сумку, чтобы приступить к приготовлению настойки. В конце концов, я взяла с собой все необходимые ингредиенты.
Седа внезапно оказалась рядом со мной и обхватила мою шею руками. Я боялась даже сглотнуть, когда почувствовала ее острые ногти на моей коже. Если бы она еще хоть немного надавила, они пронзили бы кожу насквозь, попав прямо в аорту.
– Вот и все. Я заботливая, – подтвердила она с подчеркнутой холодностью в голосе. – Все, что я делаю, я делаю для моих девочек, Дарсия, или ты уже забыла об этом? Если мне придется закрыть бордель, мы все окажемся на улице. Без крова, без еды. Без защиты.
Я подождала, пока ее хватка ослабнет, и мне удастся вдохнуть исходивший от нее запах моря и солнечного света.
Потом презрительно фыркнула:
– Ни секунды не думай, что я поверила тебе, Седа, – вздохнула я и резко обернулась. Ее руки опустились. Все могло бы закончиться и по-другому, но я все еще была ей нужна. Кроме того…
Она громко рассмеялась:
– Иногда я забываю, какая ты забавная.
– Всегда к вашим услугам. – Я опустилась на колени и начала капать в чашу дистиллированное из сланца каменное масло. Будучи смешанным с кокосовым маслом, ланолином и эмульгатором, оно превратится в мазь, которая уберет все фурункулы.
– А шрамы останутся? – спросила меня девушка, которая вряд ли была старше меня. Интересно, как давно она здесь работает? И поняла ли она уже, что голоса мужчин будут преследовать ее до конца жизни? Или в ее случае это будут не голоса, а прикосновения? Лица?
– После работы любого обычного целителя да, – медленно произнесла я, отставляя чашу в сторону. – Но благодаря магии, которую я использую при нагревании лавандовой воды, твоя кожа станет такой же чистой, как и раньше.
На этом наш разговор закончился, Седа тоже не отвлекала меня от работы. Я была рада, что она дала мне несколько минут для концентрации. В то же время я сердилась на нее за неослабевающее внимание ко всему, что меня касалось. Для меня в ее сердце всегда было место. Там она держала меня в плену. Что бы я ни делала, она никогда не ослабляла цепь, и эта иллюзия нашей дружбы вгоняла меня в тоску.
Пока масло соединялось с лавандовой водой, я закрыла глаза и позволила небольшой частичке своей целебной магии проникнуть в смесь. Через четверть часа процесс завершился, и состав был готов. Мазь была густой и черной, источала смолистый запах, и по опыту я знала, что она очень пачкается, поэтому надела перчатки и попросила девушку встать и раздеться. Седа возложила процесс нанесения мази полностью на меня, и в итоге он длился почти вечность.
– Почему он тебя так заколдовал? – тихо спросила я, прикрывая покрытые кремом фурункулы, чтобы девушка потом могла одеться, не испортив свои вещи.
– Он считал, что у него оставалось еще десять минут времени, – ответила она так же тихо, словно не хотела, чтобы Седа услышала дрожь в ее голосе.
От такого беззакония во мне поднялся гнев и обнажил зубы. Этот хищник часто доставлял мне неприятности, но несколько раз и спасал.
