– Это что вы тут… – возмущенно воскликнула она, заметив вытекающую из-под лестницы желтоватую лужицу, но договорить не успела. В бедро, прямо сквозь джинсы вонзилась игла шприца и последнее что девушка успела заметить, перед тем как потерять сознание, были радостно блеснувшие черные глаза одного из похитителей.
Схватив Ольгу под мышки, напавшие стремительно бросились из подъезда к подъехавшей машине, но были остановлены требовательным голосом Николаевны: – Это что происходит?
А разглядевшая закрытые глаза Ольги Семеновна громко закричала – Помогите!!! Похищение!!!!
Сергеевна, придвинула к себе свою неизменную сумку, быстро расстегивая замок.
Похитители переглянулись. – Свидетели. – Тихо, одними губами произнес поддерживающий Ольгу слева молодой парень со слегка искривленным после перелома носом. Согласно кивнув, находящийся справа быстро шагнул в сторону, оставив бессознательную девушку висеть на напарнике. В руке его, словно по волшебству возник пистолет, с длинным, словно распухшим от глушителя дулом и трижды тихо кашлянул, выплевывая кусочки смертоносного свинца.
Оборвавшая на полуслове свой призыв о помощи, Николаевна завалилась вперед, уткнувшись замотанной в простенькую махеровую шаль головой в стремительно краснеющий снег.
Семеновна, охнув, недоуменно посмотрела на аккуратную дырочку возникшую на её стареньком, но опрятном зимнем пальто, пошитом еще в годы советской власти легендарной фабрикой 'Большевик'. – Это как же так? – изумленно прошептала она, глядя на стремительно пропитывающийся кровью драп, и тихо откинулась на спинку скамьи.
Третья пуля с визгом отрикошетила от бетонного поребрика. Каким-то неуловимо легким, молодым движением, Сергеевна ушла от направленного на нее дула. Древняя, потрепанная сумка отлетела в сторону, а морщинистые руки старой партизанки сноровисто передернули затвор извлеченного из неё немецкого пистолета-пулемета.
