Правило № 1 для того, чтобы стать менеджером социальных сетей команды НХЛ: «Не переспать со звездным центровым в лифте за неделю до начала новой работы.» Упс… Ладно, первое правило я уже нарушила, только потому, что Ноа Блейк знает, как выглядит мой рот в форме буквы «О». Однако это не значит, что он когда-нибудь увидит его снова. Эта работа много значит для меня, и я ни за что не стану рисковать ею — даже ради хоккейного капитана с привлекающей ухмылкой, опасно острым языком и великолепными голубыми глазами, от которых с бешеным ритмом бьется сердце. Даже когда он появляется двери, чтобы утешить меня в разгар грозы. Даже если полон решимости показать, насколько невероятными мы могли бы быть вместе. Влюбиться в хоккеиста никогда не входило в мои планы. Единственная проблема в том, что в голове есть тихий голосок, который продолжает шептать… Может быть, он и прав.
Перевод: @AlexaNereuta — t.me/AlexaNereuta
Редактура: @Ekaterina_gid — t.me/Ekaterina_gid; @zh_anaa — t.me/zh_anaa
Оформление: @aennaea — t.me/aennaea
Для всех читателей, чей идеальный книжный бойфренд — хоккеист-булочка с корицей… и с чертовски непристойными мыслями.
Глава 1
Ноа
Хороший хоккей — это как хороший секс.
Требует выносливости, навыков и готовности пойти на небольшой риск. Не говоря уже о том, что если вы делаете это правильно, то должны в итоге вспотеть до чертиков.
Сегодня я в ударе, наполнен тем же азартом, который всегда получаю, выкладываясь на максимум во время игры. Шум толпы — это отдаленный вид рева в ушах, когда весь мир ограничивается тем, что происходит на льду.
Сосредоточенный и полностью осведомленный о местонахождении каждого из товарищей по команде, я обхожу защитников противоположной команды и молниеносно толкаю шайбу к воротам. Передаю шайбу Ризу, левому нападающему, который готов ловить пас. Он немного играет с шайбой, передвигая клюшку туда-сюда так быстро, что та практически расплывается. Упираясь носком на правый конек, я бросаюсь вперед и нахожу брешь.
На часах осталось всего пятнадцать секунд, а напряжение на арене ощутимо. Я будто чувствую, как бьются сердца всех в толпе, и если бы действительно сосредоточился, то мог бы услышать, как у них перехватывает дыхание в груди.
Риз отправляет шайбу в мою сторону, и я не колеблюсь.
Подняв клюшку в воздух, разворачиваюсь на коньках и изо всех сил бью по шайбе. Она пролетает прямо через пятое отверстие, едва не задев протянутые руки вратаря, который пытается уберечь ее от попадания в ноги. Шайба врезается в заднюю часть сетки, и все встают на ноги.
У меня есть один единственный момент, чтобы насладиться выражением лица вратаря, когда он понимает, что прямо сейчас позволил нам набрать победное очко… затем кто-то сильно хлопает меня по спине, а один из товарищей по команде врезается сбоку. Я спускаюсь и вскоре оказываюсь под кучей людей, прыгнувших на меня. Звук рога указывает на то, что игра окончена, проносясь ревом по всей арене.
Толпа сходит с ума. Игра была равной почти весь заключительный период, поэтому мы бы ушли в овертайм, если бы я не забил тот гол. Овертайм — это хорошо, но лично мне больше нравится чистая победа.
— Это было красиво! — Риз, игрок прямо надо мной, кричит в ухо, — Этот удар… — он сжимает губы, как при поцелуе. — Это было идеально!
— Без тебя бы не получилось, — говорю я, сталкивая его с себя и вставая на ноги. — Ну, на самом деле, могло бы, но твой идеальный пас немного облегчил задачу.
Он закатывает глаза и протягивает руку, чтобы шлепнуть меня по шлему. Я толкаю его обратно на коньки, а затем поворачиваюсь, чтобы отпраздновать с еще несколькими товарищами по команде. Все улыбаются от уха до уха, волнение растет, когда мы направляемся в раздевалку и начинаем заново переживать лучшие моменты игры. Тео и Сойер добродушно спорят о том, чей бросок был лучше, а я подхожу к Гранту Паркеру, вратарю, и протягиваю руку для рукопожатия.
Он смотрит на нее сверху вниз, затем на меня, хмурясь в замешательстве.
— Это для чего?
— Ты отлично справился, чувак. Сегодня был как стена на блоке.
— Им все же удалось проскользнуть мимо меня, — говорит он, потирая темную небрежную бороду на лице.
— Эй, не парься. Это были тяжелые удары. Ты кучу раз отбивал нападения и оставил нас в игре. Их удары были безжалостны, но ты останавливал их снова и снова.
— Все равно, — он выдыхает, темно-синие глаза слегка прищурены в уголках. — Я могу лучше. Нужно работать над своим позиционированием и контролем удара с отскоком. Кстати, хороший гол в конце.
Он не пожимает мне руку, вместо этого подходит к шкафчику и начинает легко срывать с себя элементы защитной экипировки и переодеваться. Я смеюсь себе под нос, качая головой. Грант — темноволосый бегемот ростом 2 метра, выше всех в команде и самый сварливый из всех. Ему действительно нужно расслабиться, и, возможно, поскольку я капитан, то должен сказать ему об этом, но не сегодня.
Сегодня не позволю ничему сбить меня с толку. «Денверские Тузы» только что выиграли четвертую игру в сезоне, я хочу отпраздновать победу и выпить с командой. Но для начала у меня есть договорные обязательства, которые должны соблюдаться. Как капитан и человек, забивший победный гол, пресса захочет поговорить со мной.
— Ноа! — тренер Данауэй зовет меня из дверного проема в раздевалку. Его голова выбрита наголо — вместо залысин, это он сделал в прошлом году, и она блестит при свете, когда тренер входит внутрь. Его голос, как обычно, хриплый, но я могу сказать, что он в хорошем настроении, когда машет рукой. — Пока не переодевайся. Ты же знаешь, как репортеры и новостные компании любят заставать вас всех в униформе, с небольшим потом на лбу.
Я ухмыляюсь.
— А также сводит дам с ума.
