Погрузившись в собственные эмоции, я совершенно забыла о том, что на мне надето. И теперь, заметив немного ошарашенный взгляд мужчины, слегка смутилась.
Впрочем, ненадолго. Рубашка была почти до пола, вырез небольшой – почти платье, в общем. Я неуверенно поджала пальцы на босых ногах, раздумывая, что же делать. Захлопнуть дверь? Попросить отвернуться? Или оставить как есть?
– Этот же вопрос я хотел задать тебе, – улыбнулся наконец Грэй, поднимая голову, чтобы взглянуть мне в глаза. – Почему ты не спишь, Ронни?
– Откуда ты… – начала я, но тут взгляд мужчины изменился.
– Что ты сделала со своим лицом?!
Я растерялась.
– Ничего…
– Да ладно! – Грэй взял меня за локоть и потащил внутрь комнаты, захлопнув входную дверь. Подвёл к зеркалу и заявил:
– Смотри!
Я послушно посмотрела на своё отражение и тут же охнула от удивления.
В целом всё осталось по-прежнему. Голубые глаза, широкие дуги бровей, большие жабьи губы. Изменилось только одно. Но и этого оказалось достаточно, чтобы выглядеть иначе.
Нос, похожий раньше на пятачок, стал… обыкновенным. Даже, наверное, изящным. По крайней мере он казался мне именно таким.
Подняв руку, я с изумлением ощупала новое «приобретение». И как это понимать?!
– Ронни!
Я вздрогнула, вспомнив о Грэе. Повернулась к нему и наткнулась на полный возмущения взгляд.
– Что это за эксперименты с внешностью? Сначала волосы, теперь нос! Ронни, ты чем занимаешься в свободное время?
Я помотала головой, по-прежнему ощупывая нос.
– Ничем… Грэй, честное слово! Я не знаю, как так вышло… Тебе не нравится? – закончила я несколько растерянно, всматриваясь в рассерженное лицо мужчины.
Неожиданно выражение его глаз смягчилось. Грэй поднял руку и, перехватив мои пальцы, всё ещё пытающиеся оторвать новое «образование» на лице, тихо сказал:
– Перестань, а то уже натёрла так, что он у тебя покраснел.
Я смутилась, а Грэй улыбнулся.
– Ронни, понимаешь…
Он вдруг положил мою руку, которой я ранее терзала собственный нос, себе на грудь, а потом взъерошил мои волосы.
– Ты нравишься мне с любым носом. Тот или другой – это совершенно не важно. Я просто испугался, что ты проводишь какие-то магические эксперименты, а это может быть опасно.
– Нет, никаких экспериментов. Думаю, так действует магия оборотней. Магия трансформации. Понимаешь, сегодня ночью я подчинила внутреннего волка.
Я не ожидала, что он поймёт. Но Грэй меня удивил: на миг задержал дыхание, а потом улыбнулся и сжал меня в объятиях.
– Ронни, это же чудесно!.. – И прижался губами к виску.
Я рассмеялась и тоже обняла его. Прикосновения Грэя, даже его губы, опустившиеся с виска на щёку – всё это было приятно. Наверное, потому что я знала: он искренен со мной.
– Да, и теперь я когда-нибудь смогу превратиться в волчицу.
Он вдруг напрягся и чуть отстранился от меня.
– И тогда ты вернёшься в Арронтар?
Я удивилась, что он вообще спросил об этом. Будто бы знал, о чём я думала несколько минут назад…
– Нет.
С его губ сорвался вздох облегчения.
– Я думаю, пора идти будить Эдди, – сказала я, понимающе улыбнувшись. – Только я, пожалуй, сначала переоденусь…
Грэй с лукавой улыбкой оглядел меня, заставив покраснеть.
– По-моему, и так хорошо! – И, рассмеявшись, выскользнул за дверь.
А я неожиданно поймала себя на мысли, что улыбаюсь. Причём сама не понимаю, почему.
Уже спускаясь вниз, я вспомнила, что так и не выяснила у Грэя, откуда он узнал о том, что я проснулась. Я ведь не производила никаких громких звуков – не хлопала дверью, не топала, не кричала. Так как он узнал?..
На кухне были только Грэй и Бугалон. Я узнала их голоса ещё издалека.
Вообще, я не хотела подслушивать. Но так уж получилось: когда я приблизилась к кухне, они заговорили особенно громко.
– Почему ты не хочешь рассказать ей? Или хотя бы просто дай амулет! – горячился Галл. – Послушай меня, я ведь никогда не желал тебе зла!
– Я не могу. – Судя по голосу, Грэй злился.
– Но почему?!
– Не знаю! Каждый раз открываю рот – и не знаю, как начать!
– Давай тогда я начну – я прекрасно знаю как!
– Нет! – Грэй рявкнул так, что я подпрыгнула. – Я сам. Может быть. Когда-нибудь.
Даже не видя их, я почему-то представила, как Галл качает головой.
– Откуда в тебе эта слабость? Ты ведь и сам знаешь, что оттягиванием момента объяснения делаешь только хуже. И себе, и ей.
Молчание.
– Хотя бы дай амулет. Ты ведь иначе…
– Поздно, Галл. Я уже привык.
Молчание стало по-настоящему тягостным.
– Дурак! – вдруг припечатал Бугалон.
Грэй рассмеялся.
– Я знаю. Причём я и сам не заметил, как это случилось. Но, кхаррт, ты даже не представляешь, на что она похожа… Как ключевая вода. Чистая, свежая… Порой я даже пьянею.
Интересно, о ком или о чём говорит Грэй с такой страстью?
Решив, что пора прерывать это бессовестное подслушивание, я зашла на кухню, натянув на лицо маску «а-я-ничего-не-знаю-просто-мимо-проходила».
– Доброе утро!
Ух, как они напряглись! И с чего, спрашивается?
– Насколько я помню, сегодня нам предстоит поразить воображение Ратташа и Дрейка? Они ведь придут в гости вечером? – спросила я беззаботно, усаживаясь на стул рядом с Грэем. – И что будем готовить? Араилис подключим?
