Чтобы только освежевать ее, ему потребовалось немало времени, и было уже почти темно, когда он с этим покончил. Он с трудом разогнул спину, руки ныли от усталости, ноги дрожали. Он был весь покрыт кровью, его бил озноб, настолько он вымотался. А на земле валялась только что снятая с кабана шкура, больше похожая на грязную вонючую кучу чего-то непонятного. Ее еще предстояло долго мыть, соскребать с нее остатки мяса и жира и несколько дней дубить с помощью древесной золы и кашицы из костного мозга. Потом придется вялить мясо, расщеплять кости, делать рыболовные крючки и наконечники для стрел и много чего еще.
А он еще даже шалаша себе не построил и костра не разжег, хотя скоро совсем стемнеет…
– Одного желания маловато, – сказал кто-то у него за спиной.
Торак вздрогнул и обернулся.
Но никого не увидел. Папоротники вокруг были в человеческий рост, и под ними лежала густая тень.
– Ты кто? – спросил он. И решительно шагнул вперед – но вспомнил, что оружие его осталось у кабаньей туши.
И тут он его наконец увидел. Из папоротников выглядывало чье-то лицо.
Лицо из листьев.
Существо с лицом из листьев было не одно. Второе такое же виднелось неподалеку. Потом еще одно и еще. Торак был окружен.
Чем больше этих людей появлялось из-за деревьев, тем отчетливее он видел, что их лица, хоть и напоминают лицо его преследователя, все же совсем иные: это были просто люди, мужчины и женщины, и никаких когтей у них не имелось.
Свои длинные темные волосы они заплетали в косы, вплетая в них олений мех. Мужчины красили бороды зеленой краской, и бороды эти походили на мох, свисавший с еловых стволов и ветвей. Губы и у мужчин, и у женщин были окаймлены пятнышками татуировки темно-зеленого цвета. Но самым странным в облике этих людей были все же листья на лице. Приглядевшись, Торак понял, что это тоже сплошная темно-зеленая татуировка: на лицах женщин изображены листья дуба, а мужчин – листья падуба. Глаза их выглядывали из этой татуировки, словно из ветвей дерева. Даже сейчас, когда все они стояли вокруг Торака на поляне, ему казалось, что они прячутся от него.
Босые, в узких штанах до колен, они были одеты в безрукавки, сплетенные из лыка, но такие тонкие и мягкие, каких Торак никогда прежде не видел. Каждый держал в руках великолепный, отлично промасленный лук с наложенной на него стрелой с зеленым слюдяным наконечником и хвостовым оперением из перьев дятла. Все стрелы были нацелены на него, Торака.
Он быстро приложил к сердцу стиснутые кулаки – это был самый распространенный жест дружеского расположения.
Но лесные жители и не подумали опустить свои луки.
– Вы… живете в Сердце Леса? – хрипло прошептал Торак, догадываясь, что это именно так, ибо почуял в этих людях нечто совершенно отличное от его преследователя. От них веяло дикостью и неведомой опасностью – но не злом.
– Да, – сказала та женщина, что заговорила с ним первой. – Ты достиг его границ и должен теперь повернуть назад.
– А я считал, что Сердце Леса дальше к востоку…
– Ты ошибался, – сказала женщина, и голос ее был холоден, точно глубокое лесное озеро. Ее орехового цвета глаза, посаженные слишком близко на узком лице, недоверчиво смотрели на него; выглядела она, пожалуй, старше всех остальных.
«Уж не она ли их вождь?» – подумал Торак.
– Ты достиг границ Истинного Леса, – повторила она. – Дальше тебе не пройти.
«Истинного Леса»? Торак невольно разозлился. Да что творится в том Лесу, где он родился и вырос?
– Я пришел как друг, – сказал он. Он очень старался говорить дружелюбно, но, видно, не слишком в этом преуспел. – Меня зовут Торак. И в Сердце Леса у меня есть родичи по матери – в племени Дуба и в племени Благородного Оленя. А вы из какого племени?
Женщина выпрямилась и усмехнулась.
– Из племени Лесной Лошади, – сказала она презрительно. – И ты, конечно же, сразу бы это понял, если бы говорил правду.
– Но я говорю правду! – возмутился Торак.
– А ты докажи.
С пылающими щеками Торак подошел к своему ранцу и вытащил оттуда материн рожок с охрой, сделанный из выдолбленного кончика рога благородного оленя. Фин-Кединн, правда, велел никому этот рожок не показывать, но иного доказательства Торак придумать не смог.
– Вот. – И он протянул рожок женщине.
Та отскочила, словно он на нее замахнулся, и гневно сверкнула глазами.
– Немедленно положи его на землю! – крикнула она. – Мы никогда не прикасаемся к чужакам и их имуществу! А что, если ты злой дух или призрак?
– Извини, – торопливо сказал Торак. – Хорошо, я… я положу его здесь.
Он положил рожок на землю, и женщина-вождь наклонилась, чтобы как следует его рассмотреть. А Торак стоял и думал, что эти люди из лесного племени, похоже, имеют куда больше общего со своими тотемами, чем всего лишь полоски оленьего меха, вплетенные в косы.
– Да, это сделано в племени Благородного Оленя, – объявила женщина-вождь.
По толпе прошелестел возглас изумления.
Женщина, на шаг приблизившись к Тораку, уставилась ему прямо в лицо.
