– В тебе, пожалуй, действительно есть что-то от обитателей Истинного Леса, несмотря на все то зло, которое ты сотворил здесь. Однако твоя племенная татуировка нам неизвестна. Дальше ты пройти не сможешь.
–
– Он не может войти в Истинный Лес! – заявил один из окружавших его людей. – Вы только гляньте, как он обошелся с кабаном!
– И с ивой! – подхватил второй. – Посмотрите: она умирает в грязи, а он даже ничем не облегчил ее страданий!
– Разве можно облегчить страдания дерева? – с негодованием спросил Торак.
Семь пар ореховых глаз гневно сверкнули на лицах сквозь листвяную татуировку.
– Ты очень дурно поступил с нашими братом и сестрой, – сказала женщина-вождь. – Этого ты не можешь отрицать.
Торак быстро глянул на несчастную, измочаленную кабаньими клыками иву, на перепачканную землей кабанью тушу и сказал:
– Возьмите их себе.
– Что? – прищурилась женщина-вождь.
– Возьмите себе и кабана, и дерево, – повторил Торак. – Я ведь один, а вас семеро. Вы лучше меня сумеете с ними управиться. И тогда всем нам, возможно, удастся избежать грядущих бед и несчастий.
Женщина-вождь колебалась, явно подозревая некий подвох. Потом повернулась к своим людям, но, к удивлению Торака, ничего им не сказала, а лишь слегка, почти незаметно махнула несколько раз рукой.
И сразу же четверо мужчин вышли вперед, подняли свои легкие изящные ножи из зеленой слюды и разом вонзили их в тушу кабана. С поразительной быстротой и сноровкой они разделали тушу, затем уложили куски мяса вместе со шкурой и внутренностями в тонкие сетки из лыка, которые извлекли из своих ранцев, и закинули поклажу за плечи.
– Мы еще вернемся за нашей сестрой, – сказал один из них, поклонившись иве и бросив враждебный взгляд на Торака. – И доставим ее к месту упокоения.
Едва прозвучали эти слова, как он исчез, словно растворившись в Лесу вместе со своими тремя товарищами.
Исчезли и все следы кабаньей туши, остались лишь клыки, которые одна из женщин положила перед Тораком и сурово сказала:
– Это ты должен сохранить, чтобы всегда помнить о том зле, которое причинил лесному зверю. Будь ты действительно жителем Истинного Леса, тебя бы непременно заставили носить их вечно – в качестве наказания.
Торак обратился к женщине-вождю:
– Я понимаю, что поступил неправильно, но зла я никому причинять не хотел!
– Это не имеет значения.
Торак вздохнул и попробовал зайти с другого конца:
– Я ведь здесь только потому, что нам нужна ваша помощь. В Лес пришла страшная болезнь…
– Мы знаем, – отрезала женщина-вождь.
– Знаете? Так у вас, значит, кто-то болен?
Женщина надменно вскинула голову:
– У нас, в Истинном Лесу, этой болезни нет. Мы хорошо охраняем свои границы. Но деревья о многом рассказывают нам. Например, о том зле, что преследует их сестер на западе. Они шепчут, откуда идет зло.
Торак немного подумал и сказал:
– Говорят, что один из ваших колдунов знает средство от этой болезни.
– Нет у нас никакого средства!
От удивления Торак даже рот раскрыл.
– Я понимаю, что разгневал вас, – осторожно начал он, – но мне очень жаль, что так получилось. И если в вашем племени этого лекарства нет, то, может быть, в другом племени…
– Никакого средства в Истинном Лесу нет! – решительно прервала его женщина-вождь. – Нет его у нас! Просто торопыги из племени Выдры слишком много болтают! Они всегда были чересчур суетливы и болтливы – в точности как покровитель их племени!
– Неужели вы действительно ничем не можете нам помочь? – не веря ей, вскричал Торак. – Ни вы, ни другие обитатели лесной чащи? Ведь люди умирают!
– Мне очень жаль, – сказала женщина-вождь, и в голосе ее не прозвучало ни капли сожаления. – Но против истины я пойти не могу. То, что ты ищешь, находится на берегу Моря.
Торак так и уставился на нее:
– НА БЕРЕГУ МОРЯ?!
– Тебе нужно идти на запад. Так говорят деревья. Ступай на запад и иди до тех пор, пока не увидишь, что дальше дороги нет. Там ты, возможно, найдешь то, что ищешь.
– Но почему я должен тебе верить? – воскликнул Торак. – Ты же просто хочешь от меня избавиться!
На лице женщины-вождя точно сомкнулась зеленая листва.
– Деревья никогда не лгут! Если бы в сердце твоем действительно было что-то от Истинного Леса, а не какая-то жалкая щепка, ты бы и сам это знал. Но ты этого не знаешь, иначе не сотворил бы здесь столько зла!
– Но я вовсе не хотел убивать этого кабана! – возмутился Торак. – Мне
Оставшиеся возле него лесные люди в ужасе вскрикнули.
– Это поистине страшное преступление! – помолчав, сказала женщина-вождь. – Но где доказательства? И почему мы ничего не знаем об этом? Ведь без нашего ведома в Истинном Лесу даже сучок хрустнуть не может.
Торак наклонился и поднял с земли дротик, который вытащил из кабаньего бока. Затем, вспомнив о категорическом нежелании лесных людей прикасаться к чужим вещам, снова положил дротик на землю и молча указал на него.
