Один из не слишком толстых по здешним меркам великанов, растущий на самом краю, вдруг приподнял выглядящую обессиленно упавшей рукой ветвь, толщиной с мое туловище и на наших глазах она сначала окуталась ярким зеленым светом, а затем начала удлиняться в сторону провала и по направлению к одинокому Древу. Мало того — другие деревья, растущие рядом со «смельчаком», потянувшемся в бездну и касающиеся его своими отростками, чуть заметно засветились, а по их «рукам» побежали частые зеленые искры, уходящие в ствол отращивающего ветвь древа. Эта помощь ускорила рост и наращивание толщины, по ветви стремительными змеями поползли цветущие лианы, а из бутонов в черноту пропасти начал изливаться каплями явственно светящийся сок или нектар. Храбр приглушенно что-то забормотал, приподнялся, но Бом уронил на него тяжелую лапу, и алхимик затих, жадно глядя на пропадающую зря цветочную влагу, могущую таить в себе секреты. Глянув на них, я тихо усмехнулся — Бом продолжал поиск истинно «орочьей» пищи и усердно жевал обрывок корня, в то время как пальцы уже тянули к губам кусок ноздреватого бурого камня. Он так испробует на клык каждую составляющую этой локации — включая монстров. Сморщившись, Бом выплюнул корень и камень, после чего подхватил летящий мимо изломанный алый лист дерева и, таща его в рот, спросил:
— А что еще орки ели в полумертвых горах?
— Путников — ответил я, глядя на продолжающую расти ветвь, все сильнее напоминающую мост.
— Кого-кого?
— Людей они жрали. Эльфов. Гномов. Лохров — пояснил я без особой нужды — Да вообще любых двуногих, кто забредал к ним в гости. Ну и всех четвероногих. Не разу не был в орочьем лагере что ли? Котлы там закопченные, стены из костей и черепов, кучи рваного тряпья, подозрительно сыто улыбающиеся клыкастые старички, что перед смертью от твоего меча щупают тебе ляху, проверяя на упитанность…
— Хм-м-м… — Бом снова уронил руку на спину задергавшегося Храбра — Путников жрут, значит…
— Острое они жрут! — ерзающий Храбр сместился ко мне — У них очень острая еда — жжет как огонь! Я знаю — собирал для одного такого вот старичка с улыбкой какие-то настолько острые горные дикие перчики, что одна их крупинка убивает стадо бизонов. И да — они мажут смесью перцев камни, давят о них гусениц и облизывают — что-то вроде паштета…
— Паштета — повторил полуорк, неохотно убирая когтистую лапу с плеча алхимика — Ну проверим все варианты, да?
— Иди камни облизывай!
— Да я уже все облизал…
— А вон тот серый обломок пробовал?
— Пробовал. Ну что? Поделишься литром крови с голодным другом?
— Нет. Но по дружбе могу плюнуть тебе в тарелку…
— Я тоже могу! — оживился Док.
Привстав, я прервал их яростный диспут:
— Смотрите!
Одинокое Древо, как я теперь мысленно именовал его, «потянулось» навстречу растущей к нему ветви с другого «берега». Начало растить точно такую же «рук» с подрагивающими на конце подобно пальцам длинным цветочным лианам. Эта часть моста светилась насыщенным синим. Через полминуты между тянущимися друг к другу руками осталось не больше пятнадцати метров.
Еще через десять секунд дистанция съежилась до десяти метров.
Теперь уже примерно шесть-пять…
Теперь точно пять и…
Взметнувшиеся из клубящегося внизу тумана полыхающие энергетические щупальца выстрелили вверх, с яростью ударили по почти коснувшимся друг друга ветвям, опутали и резко рванулись вниз, с влажным треском круша и обламывая древесный мост. Вся конструкция обрушилась за считанные мгновения. Дольше всего сопротивлялась та часть, что была выращена Одиноким Древом. Из обломанных куцых отростков в пропасть водопадами хлынул древесный сок и там, где потоки касались тумана, жадно затанцевали десятки щупалец поменьше. Потоки быстро иссякли, обломанные ветви поникли, а по Страннорослой Пуще пронесся долгий и очень горестный стонущий вздох, поднявший нам волосы дыбом и пустивший мороз по спинам.
Был мост — и нет моста.
— Я бы перепрыгнул — заметил вставший Бом, глядя на опавшую ветвь и задумчиво почесывая щетинистый подбородок — Или зашвырну на другой конец Роса, а он подхватит меня арканом.
— Весь мост обрушился — напомнил я.
— Но эта сторона обрушилась позже — напомнил он — Секунд на семь-восемь.
— На девять — сказал Храб — Я тоже считал.
— А я просто ужасался — мрачно заявил Док — Не знаю как вы — а я точно не добегу. Надеюсь, вы сейчас чисто гипотетически рассуждаете, и мы не собираемся в гости к тому гигантскому дереву?
— Фуунг — произнес я, отправляя это слово в черную пропасть, что начиналась в сантиметрах от моих ступней — Фуунг Сладкоядый.
— Ага — уперев руки в бока Бом глядел только на Древо — Где еще может обитать описанная Акмэром злобная мерзкая тварь? Самое для нее место…
— Даже если он там… Вы верите, что мы сможем его убить? — Док скептически осмотрел нас по очереди — Вы задохлики? Ребят… вы же понимаете, что Фуунг просто не может быть легким противником. Будь он простым монстром, Акмэр даже не упомянул бы его.
