Инна едва сдержалась, чтобы тоже не уколоть ленивого доктора.
– Ну, ты сходи, сходи. Парень ведь не ко мне в медпункт бегал, – хохотнула Марина. Поварихи переглянулись и подмигнули внезапно зардевшейся Инне.
– Да не нужен мне это мальчишка! Вы что придумали? Тоже мне…
– О, а ты чего боишься? Или рыльце в пушку? – в голос засмеялась Райка посудомойка.
– В каком пуху? Вот пристали! Леша, покажи, где ваша комната, – приказала Инна и вышла, так и не выпив чаю.
– А что, ты девка красивая, – неслось ей вслед, но Инна уже не слушала.
Сказались бессонные ночи. Она была зла на глупую влюбленность и свою несдержанность, поэтому легко раздражалась. Они с Лешей вышли из столовой, завернули за угол.
– Вот в этой бытовке мы и живем, – парень показал на маленький домик у лагерной бани, в котором была прачечная.
Лешка открыл дверь и пропустил вперед Инну. Женя лежал на кровати. Он повернул голову на звук, вскрикнул, попытался сесть и застонал. Инна бросилась к нему.
– Что болит? Показывай! Детский сад, ей богу! Почему в медпункт не пришел?
– Да, все нормально. Поболит и пройдет.
– Ладно, Женек, ты не ломайся. Два дня уже стонешь.
Но, как ни уговаривали они парня, он наотрез отказался показывать живот Инне. Она не понимала, в чем дело. Чем она не угодила мальчишке, а потом поймала его случайный взгляд, брошенный куда-то в сторону, повернулась и обомлела: по периметру квадратного зеркала, висевшего на стене, торчали фотографии, и на всех была она, Инна.
Глава 11
«Что за чертовщина! Второй влюбленный мальчишка мне не нужен», – испуганно подумала Инна. Она отвела глаза от зеркала, сделала вид, что ничего не заметила и снова спросила, как маленького ребенка:
– Покажи мне пальцем, в каком месте болит живот? Я даже прикасаться к тебе не буду. Слово даю.
– А разве по пальцу можно поставить диагноз? – нашел в себе силы пошутить Женя, но протянул руку и ткнул в центр живота.
Инна села на стул и внимательно наблюдала за ним. Она понимала, что после того, как два дня Женя мучился от боли, она уже не сможет без пальпации определить ее источник, но как-то надо было разговорить парня, заставить его расслабиться.
А ему было явно больно и очень сильно. Бледную кожу покрывали бисеринки пота. Глаза провалились и будто потеряли яркость и блеск. Взгляд блуждал по комнате, но не фокусировался надолго ни на чем.
«А если это аппендицит?» – обеспокоенно подумала Инна.
Она подняла глаза и встретилась с встревоженным взглядом Алексея.
– Что-то серьезное? – поинтересовался он.
– Я позвоню Марине Дмитриевне. Пусть она Женю осмотрит.
Инна встала и направилась к выходу.
– Эй, я здесь! Не надо обо мне говорить в третьем лице! – возмутился Женька и снова охнул.
– Ты же мне не доверяешь.
– Я доверяю, – услышала она вслед, но не вернулась.
Такие серьезные заболевания – дело врача. Если Инна сейчас проявит слабость, начнет охать и ахать над ним, у парня возникнет чувство еще большей привязанности. Надо избавляться от проблемы сразу, как только она появилась. Вот позволила себе расслабиться с Сашкой, а теперь он занимает ее мысли, чувства и свободное время целиком.
Так недолго и ошибку совершить при выполнении процедур. Не дай бог! Сразу под суд можно попасть. И никому не объяснишь, что влюбилась, как девчонка, и совсем выпала из реальности. Она набрала номер Марины.
– Ну, что там?
– Наверное, аппендицит. Женя не дает мне себя осмотреть.
– О, господи! Что за смена у нас такая в этом году! – возмутилась доктор, но тут же показалась на крыльце черного входа в столовую.
Инна наблюдала, как приближается Марина, и думала, что доктор права: начиная с ранения внука сторожа, все у них шло наперекосяк.
Они зашли в комнату вместе. Медсестра встала у дверей и издалека наблюдала за действиями врача. Марина громко и уверенно потребовала Женьку спустить штаны и оголить живот так, чтобы она могла хорошенько его осмотреть. Тот охал, ахал, отвечал на вопросы, но ни разу не посмотрел в сторону Инны.
Она украдкой бросила взгляд на зеркало: оно сияло чистой серебристой рамкой. Фотографии исчезли. Инне стало плохо. Это значило, что в своих предположениях она оказалась права. Господи! Неужели Женька не знает, что у нее в лагере дочь почти его ровесница?
– Инна, ты чего застыла! – услышала она окрик доктора и очнулась.
– Да. Что нужно сделать?
– Вызывай скорую. У нас аппендицит.
– Ого! – воскликнул Лешка, искоса поглядывая на Инну.
– Под вопросом? – подал голос Женька.
– Нет! – отрезала Марина. – Уже точно. Хоть бы перитонита не было. Ты почему нас не позвал, когда только болеть живот начал?
Женя отвернулся к стене.
– Ладно вам. Он не виноват, что заболел, защитил друга Лешка.
– А ты куда смотрел? Видишь, что парню плохо, а никому не сказал.
– Ого! Вот и мне досталось, – хохотнул Леша и вышел за дверь.
– Так, молодой человек. Ты сейчас поедешь в городскую больницу. Тебе сделают операцию.
– А в лагерь можно будет вернуться?
– Нет, посмотрите на него! – Марина всплеснула руками. – Дома сиди. Тебе покой и тишина нужны для выздоровления. Ишь, ты! В лагерь он захотел. Ненормальный, точно!
