Стоило нам оказаться в Нинисе, дороги стали лучше. Через четыре дня приятной езды мимо пастбищ, ветряных мельниц и полей, на которых уже начали пробиваться первые ростки пшеницы, возница дамы Окры в целости и сохранности доставил нас в столицу страны – город Сегош. Там у дамы Окры был свой дом – узкое здание, втиснувшееся между двумя такими же. За ним находился общий двор для карет, засыпанный гравием. Крышу покрывала ромбовидная плитка, а фасад – желтоватая штукатурка. Над окнами, закрытыми ставнями, изгибались арки из белого камня: они придавали дому удивленный вид, как будто тот не мог поверить, что мы добрались сюда, не убив друг друга.
Пока мы были в дороге, каждый вечер, остановившись на очередном постоялом дворе, я чистила, а потом смазывала маслом чешуйки на руке и талии, после чего отправлялась ухаживать за своим садом. Теперь я с особым вниманием подходила к трем итьясаари: Мерцающей Тени, Зяблику и Голубике. Они были из Ниниса, судя по их волосам – либо русым, либо рыжим – и бледным лицам, а также по паре слов, которые я слышала во время видений. Мерцающая Тень отшельницей жила в сосновом лесу, а Голубика, по всей видимости, рисовала фрески, что объясняло разноцветные круги, которые она оставляла на воде. А вот Зяблик наверняка жил в Сегоше: однажды я заглянула в его жизнь и увидела, как он, облаченный в костюм чумного доктора, торопливо идет мимо собора Санти-Вилибайо. Эти позолоченные купола были известны даже гореддийским школьникам.
В Южных землях жило еще два полудракона: Библиотекарь, который говорил на самсамийском и, судя по всему, был одним из графов высокогорья, и Малыш Том, скрывавшийся в какой-то горной пещере. Я никак не могла понять, где именно, но подозревала, что он гореддиец и живет где-то на границе со страной драконов. На его поиски я собиралась отправиться в последнюю очередь, по пути домой.
Дама Окра согласилась принять нинийских итьясаари в своем доме. Мы решили, что будем отправлять к ней найденных полудраконов, а она их приютит («потерплю их», – сказала она, а я сделала вид, что она просто перепутала два гореддийских слова). Затем она должна была сопроводить все троих в Горедд, а мы с Абдо – отправиться в Самсам.
Мы собирались добраться до самсамийского города Фнарка ко дню святого Абастера, еще до летнего солнцестояния. Там жил лишь один полудракон – лысый, похожий на летучую мышь мужчина, которого я звала Библиотекарем. Нам нельзя было терять время в Нинисе, потому что лучшей возможности, чем встретить его на ежегодном собрании графов высокогорья, могло и не представиться.
Стоило нам выйти из кареты у дома дамы Окры, и нас окружила толпа слуг. Они занесли мои вещи в комнату для гостей, находящуюся на третьем этаже и покрашенную в тошнотворный зеленый цвет, а затем (к моему огромному счастью) налили мне ванну. Когда я наконец снова почувствовала себя человеком – насколько это было возможно, учитывая тот факт, что мою руку и талию опоясывали серебристые чешуйки, – сразу отправилась на поиски дамы Окры. Она стояла на первом этаже и сердито смотрела на Абдо, который вскарабкался по перилам винтовой лестницы на самый верх, а потом с озорной улыбкой и криком:
– Ох уж эти дети, – прорычала дама Окра, наблюдая за ним. – Я уже забыла, как они очаровательны. Жду не дождусь возможности снова об этом забыть.
– Мы скоро уедем, – утешила ее я.
– Недостаточно скоро, – фыркнула она. – Не беспокойся, Пезавольта пойдет вам навстречу, но, к сожалению, вам не уехать отсюда раньше, чем через пару дней.
– Ничего страшного, – ответила я, теряя терпение. – Зяблик живет где-то здесь, в Сегоше. Завтра мы пойдем его искать.
Дама Окра посмотрела на меня поверх очков; ее широко расставленные слезящиеся глаза делали ее похожей на спаниеля.
– Зяблик? Так ты его зовешь у себя в голове? Боюсь представить, как ты называла меня.
Это был очевидный намек, но я притворилась, что не поняла. Если бы я сказала, что называла ее «мисс Суетливость», могло последовать лишь две реакции: либо удивление, либо яростное негодование. Я не очень-то рассчитывала на первый вариант, чтобы рисковать и напрашиваться на второй.
– У него что, есть крылья? – продолжила она. – Или он чирикает?
– Зяблик? – Я на секунду смутилась. – Нет, у него… клюв.
Дама Окра фыркнула.
– И он живет в этом городе? Клянусь голубой кожей святой Пру, такое точно не могло остаться незамеченным!
