Раз уж взялся принимать исповедь… Шарль подавил вздох. К тому же девица из родовитых, любимая дочка Педро. Мари, нет Адель, скорее всего Адель, ещё немного и точно запутаешься. Проще всего с мальчишками — те по быстрому перечислят грешки и с облегчением удаляются, пока Великий не начал допытываться по настоящему.
Мысли Шарля вновь обратились к невесёлой действительности. Робер привёз тревожные вести. Или же сравнительно неплохие, смотря как рассуждать. Жюстен Молния — ничего себе! — просит, вернее, настоятельно требует крупный заём у купеческой гильдии Картахены. Краткосрочный и под немалые проценты, лишь бы побыстрее получить денежки. Если же высокие договаривающиеся стороны не придут к единому мнению, латная конница под началом сводного брата герцога опустошит владения вольного города. Угроза, как ни крути, нешуточная, ведь после последних захватов арагонские владения Жюстена, граничат с пределами Картахены. Город им понятно не взять, но свое герцог получит — на Корсике рабы в хорошей цене. Мальчика передёрнуло.
И вдобавок — будто этого мало! — подвластные герцогу бароны собирают налог за этот год. Потихоньку и без лишнего шума. Нет, нет, не торговые пошлины, а налог с урожая, так называемый второй сноп, что всегда собирали осенью.
— Не-ет, ничего такого и не было честно-честно, мы разве что целовались немножко, — продолжала болтать девчонка, — но я только о нём и думала. А когда он уехал, проревела всю ночь.
Опять двадцать пять! Шарль едва не застонал, что с того, что Адель заглядывалась на кузена? Не в его возрасте читать наставления, молоко на губах не обсохло. Сколько у неё ещё пригожих кузенов, вот что самое главное! Или просто мальчишек, невелика разница. Хоро-о-ошеньких, как Адель выражается…
И вообще, в отличие от некоторых непонятливых взрослых, ему давно пора спать. Одна надежда на снадобье Роже, пока допросишься… А иначе он заснёт на ходу. Шарль достал и со стуком вбросил в ножны тяжёлый кинжал.
Девица замялась, видно вспомнила наставления старших, сорвала ясеневый листок и положила на раскрытую ладонь.
Ладошка легла на ладонь, отзвучали ритуальные фразы. Великий Колдун отпустил грехи.
— Великий, поделитесь со мной благодатью Единственной, — робко попросила Адель.
Шарль привычно благословил благородную, даже сам Франсуа не нашёл бы повода для придирок… Исполненная благоговения девушка припала к его руке…
— Довольно, Адель, довольно, хорошего понемножку, — раздался голос Хуана.
Сдержанно-официальный Хуан подвёл полусонного мальчишку к Помпею.
— Роже, дай немного того отвара, — бросил Шарль, едва оказавшись в палатке, — а то скоро совсем свалюсь.
— Вы бы лучше соснули, Великий. — Не-е, только выпью сейчас отвара и малость перекушу. Луи меня точно будить не станет, все вы взрослые заодно. Ну, скоре-е-е, Роже — почти заканючил Шарль.
— И когда вы научитесь приказывать, — развёл руками жрец-медик.
Мальчишка без промедления показал язык.
— Это я уже видел, — усмехнулся Роже. — И неоднократно. Цвет вроде здоровый… Может для верности, устроим врачебный осмотр? В самый раз для непослушных мальчишек.
С Роже станется. Шарль опасливо попятился.
— И куда вас опять несёт?
— Будто сам не знаешь, — обиженно отозвался Великий. — Сразу три свадьбы и одно обручение, политика, что здесь поделаешь. Потом приму исповедь у кузины Венсана. Заодно благословлю её малыша, маленький что-то часто болеет. Не смотри так, Роже, вреда-то по любому не будет… А с девчонками сплошная морока, — неожиданно для себя признался Шарль. — Тоже мне взяли моду — строить глазки и признаваться в та-айных помыслах, — передразнил недавний послушник.
— Так вот почему Эстер отказано в отпущении.
— Ага. Эстер ведь почти что взрослая, по весне выдадут замуж, но всё тя-янет и тя-я-янет до бесконечности, лишь бы подольше оставаться в исповедальне. И добро бы только она. Я велел отцу Эстер привести её в разум, — мальчик хихикнул, — теперь отлёживается на животе.
— Та маленькая предсказательница, как её…
— Никак! — Шарль уставился на свои руки.
— К которой вы, кажется, неравнодушны, — спокойно промолвил Роже.
— Неправда! — вспыхнул мальчишка. — Я с моей Даниэль и не целовался ни разу!
— Ясно, ясно, дело хорошее, — жрец-медик выдержал паузу. — В вашем возрасте всё ещё впереди.
Шарль принялся изучать рукоять своего меча, надо же, проболтался!
— Всё ещё впереди, — повторил Роже, — не смущайтесь понапрасну, Великий.
— И не думаю! — живо возразил Шарль.
— Разве?
— Вре-едный какой… — буркнул ребёнок. — Вот сошлю кого-то в Валанс…
— Только вместе с вами, Великий. Кто за вами здесь присматривать будет?
— Даниэль! — улыбнулся мальчик. — Да и я за ней заодно, зар-раза и есть зараза!
— Пожалуй, почище, — скорбно вздохнул Роже.
— Что-о?! Да как ты…
— Ваша Воля, Великий. Только сперва переоденьтесь в сухое.
— Роже-е-е, — жалобно протянул мальчик.
— Может мне Мигеля позвать?
Шарль обречённо вздохнул, времени кот наплакал, теперь придётся дожёвывать на ходу.
— Прошу вас поднимайтесь, Великий, — Роже потряс мальчика за плечо.
— М-м-м… — Шарль уткнулся в подушку.
