Шарль как мог поднажал, попробуй с этой тяжестью обойти взрослых, для них доспехи что кожа, одно слово — наёмники! Кольчуга поддоспешник, да ещё меч, как Жан-то выдерживает, у него лишь немногим легче.
Мальчишки с разбега влетели в заросли бамбучка, всего-то на шаг, другой, но попробуй углубиться чуть дальше, впору звать на помощь кольчужников. Бамбучок основательно прошёлся по физиономии… кровь вроде не капает, и то ладно. Шарль от души помянул грешницу Элизабет, не забыв и о Жане-искуснике, ведь смотреть хоть немного надо! Хотя…
— Может здесь и укроемся, — почти серьёзно предложил мальчик. — Продерёмся ещё на десяток шагов…
— И впору пускать корни, — сухо дополнил Жан. — Если мошка не заест раньше в этой-то сырости. До рассвета по любому не вытерпим, здесь этой дряни… Ничего, по быстрому обежим.
— Сперва обратно прорубимся. — Шарль обнажил кинжал.
Гречиховый лес и бамбуковые островки — по доброй воле не сунешься! — как-то вдруг сменились кленовым лесом, сосен впрочем тоже хватает. И похоже кру-упных медведей — Шарль было замедлил бег — следы кажется свежие.
Сердце лихорадочно колотилось. Шарль жадно хватал ртом воздух, что он железный в самом-то деле, уж лучше бы засели в зарослях бамбучка. Мальчишка с надеждой поглядывал на Жана, будь на его месте Луи, Шарль давно взмолился о передышке.
С ме…ня довольно, Великий, — прерывисто сообщил Жан. Подросток мешком свалился на землю. — Ка…жется оторвались, — слабо улыбнулся Жан, — я их больше не чувствую. Надо полагать устремились в направлении лагеря, ну а мы рванулись в сторонку. Кривой дорожкой надёжней, как водится у лесных братьев… что-то я не то говорю.
— Слушай, ты кого-то подшиб? — нерешительно поинтересовался мальчик.
— Посланца герцога… который всеми командовал. Вы же приказали, Великий! — поторопился добавить подросток. — А вы Луиджи?
Шарль молча кивнул.
— Один стоит другого, — Жан внезапно прыснул в ладошку, — добро бы не углядели в бою…
— Ага, — мальчишка улыбнулся в ответ. — Только не проболтайся Жан, насмешек не оберёшься.
— Что вы, что вы, Великий, я пока что в своём уме. И без того достанется на орехи, не то что кое-кому…
— Нашёл чему завидовать, — привычно ощетинился Шарль. — Ты Плутарха когда-нибудь переписывал, страницу за страницей? А потом отвечай Мигелю… с какой радости опять улыбаешься? — встрепенулся мальчик, — ты давно по лбу получал?
— Что вы возитесь с моим арбалетом? — сменил тему слуга. Жан было привстал.
— Отлежись пока, — ворчливо велел Шарль, — без тебя управлюсь время кажется терпит.
— Не совсем, В-великий, — кое-как выдавил Жан, — ватажники, то есть как их, кольчужники, считай на подходе.
Шарль рывком наложил стрелу — мало никому не покажется! — и протянул подростку заряженный арбалет.
— Ну? В какую сторону драпать? — поторопил хранитель Святыни. — Да ты крепче держи самострел, прямо из рук вываливается!
После основательного подзатыльника — пускай по верхушке шлема, главное привести в разум — Жан наконец заговорил.
— Сам в толк взять не могу, будто эхо в горах, — в голосе Жана звучало отчаяние. — Только начинаешь прощупывать, как тебя же затягивает, — подростка била мелкая дрожь, — а кольчужники словно с разных сторон.
— Значит драпаем, — сухо подытожил мальчишка.
— Ку…да?
— Куда я поведу! — сдержанно рыкнул Шарль. — Живее пока не отобрал арбалет, и не вздумай реветь, ты пла-акса!
Вроде подействовало, вон, как сжал губы и лицо отвердело, даже стал похож на прежнего Жана. Арбалет во всяком случае не роняет.
Миновав кленовое редколесье — вот оно раздолье для арбалетчиков — Шарль взбежал на очередной холм, интересно, который по счёту.
— Отпустило, Великий, — Жан тронул мальчика за плечо. — Если что, я живым не дамся, слово свободного! Калёные бельты для э т и х мизерикорд для себя, — ладошка Жана легла на рукоять кинжала, — Богиня меня поймёт! Я не из слабодушных, Великий, просто, как обухом по башке. — Подросток запинался и прятал глаза. — И прошу вас, не говорите взрослым, у Хуана рука тяжёлая.
Шарль молча кивнул.
— Позвольте я поведу?
— Давно пора.
— Тише, тише, Великий, а то несёмся как мамонты.
Послышался знакомый хлопок арбалетной тетивы и откованный из вечного железа бельт вонзился во влажный суглинок у самого сапога мальчика.
— Бросайте оружие, Великий, — раздалось из темноты.
— И не подумаю! — вырвалось у ребёнка. Шарль старательно показал язык. Не мешает напомнить этим непонятливым взрослым, что имеют дело с мальчишкой, Великий он там или нет.
— Бросайте, иначе положим Жана. Тем более есть за что. После Бовэ…
— Арбалеты оставим, на большее не надейтесь. Или вы ножей испугались?
Шарль ожидающе затаил дыхание — играть, так играть до конца! — уж если не положили сразу…
— Ладно, для начала сойдёт. Не будь вы Великим…
— Жан повесь самострел во-он на ту развилку, где я свой оставил, — с деланным спокойствием распорядился мальчик.
Жан с явной неохотой выпустил шейку приклада, похоже он ждал знака, сигнала, команды, кивка наконец, лишь бы рвануться подальше в лес, а там будь что будет! Всё лучше, чем совать голову под топор. Или под меч, невелика разница. После Бовэ…
