— Отсюда она не видна, но на расстоянии полумили ниже черты города дорога эта сливается с той, по которой обычно проезжают дилижансы, и начинает петлять. Она проходит как раз мимо нашего каретного двора и огибает Литтл Скво Хилл, а также дом Тага. Если следовать по этой дороге и дальше, то попадешь в Прескотт, где все еще ведется добыча руды. Это не дорога, а сущее наказание, сплошные петли. Поэтому-то и нелегко перевозить по ней руду. Но, слава Богу, скоро эти неудобства закончатся. Стоит лишь подождать, когда Таг проведет железную дорогу в Датч Флэт.
Ветер, становясь все сильнее, нещадно трепал юбки Брайди и она чувствовала, что начинает замерзать. Скрестив руки на груди, девушка зажала локти в ладонях. Ей совсем не интересен был разговор о Таггарте Слоане и его планах, но это, по крайней мере, помогало не думать о Нике.
— И вы в самом деле верите, что этот человек осуществит задуманное?
— Я знаю это наверняка. Таггарт только что подписал договор с Санта Фе Рейлроуд о строительстве железнодорожного пути. — Взгляд вдовы перекочевал на кисть руки Брайди. — Это браслет вашей тетушки Мойры, не так ли? Я помню, когда ей его сделали. Если мне не изменяет память, это было в восемьдесят первом году. Да, кажется, именно тогда. Она заказала его сразу после того, как убили старого Эда Макбрайда, и началась вся эта шумиха вокруг тайны Серебряного Ангела.
— Вы уже второй или третий человек, от которого я слышу о Серебряном Ангеле. Что это такое?
— Я обязательно отвечу на этот вопрос, но не раньше, чем мы уйдем отсюда. По-моему, вы совсем замерзли.
Поворачиваясь, чтобы уйти с крыши, Брайди взглянула, напоследок, на дом Слоана. Там во дворе стоял высокий темноволосый мужчина. Это был Таггарт Слоан. А рядом с ним стояла женщина, закутанная во что-то белое. И только Брайди собралась было обратить внимание вдовы на эту парочку, как женщина, стоявшая рядом со Слоаном, сбросила с себя свою белую мантию.
Брайди едва не задохнулась, пораженная. Это уже верх наглости! Резвиться с голой женщиной среди бела дня! Но хуже всего, что после того как Слоан со своей подругой скрылись в доме, Брайди почувствовала укол ревности.
— Идемте, идемте, — поторопила девушку миссис Спайви, так и не ставшая свидетельницей этой сцены.
И Брайди нетвердой походкой отправилась следом за вдовою. Почему, черт возьми, она так взволнована увиденным во дворе Слоана? Женщина, которая была рядом с ним, скорее всего, проститутка. Ник говорил, что у Слоана есть любовница. И этот самый Таггарт Слоан больше никому не интересен. Не интересен.
«Но ведь ты думаешь о нем, — не давал девушке покоя ее внутренний голос. — Я не могу управлять своими мыслями, — отвечала она себе. — Не могу! Я ничего не могла поделать и тогда, когда в голову лезли мысли о Джонни. — Но внутренний голос не собирался оставлять ее в покое. — А Ник? Почему о нем ты не думаешь так часто?»
Очутившись на лестнице, Брайди не только не успокоилась, но казалась еще более растерянной.
— Эд Макбрайд, — начала вдова, запирая дверь ведущую на крышу, — был здешним старателем и, как правило, раз в год он приезжал в город, останавливаясь в нашем отеле. Порой он… — Вдова подняла свои кустистые брови и опустила руку на плечо девушки. — Да вы вся дрожите, милая моя. Я и не думала, что наверху окажется так холодно.
Брайди заставила себя сделать глубокий вдох. Это же смешно! Какая разница, кем именно заняты ее мысли?! Конечно же она думала о Нике. И даже видела во сне, когда ночевала на какой-то станции по дороге сюда. Да, он снился ей, потому что такой джентльмен, как Ник, никогда не осмелился бы войти в комнату леди, воспользовавшись тем, что она спит.
«ТЫ САМАЯ ЯРАЯ ПРОТИВНИЦА МУЖЧИН, БРАЙДИ КЭЛЛОУЭЙ, — напомнила себе девушка. — ПОЧЕМУ ЖЕ ТОГДА ТЫ ТОЛЬКО И ДУМАЕШЬ О МУЖЧИНАХ! НЕМЕДЛЕННО ПРЕКРАТИ!»
— Ничего страшного, я уже согрелась. Продолжайте, пожалуйста, попросила она вдову.
— Вы уверены, что вас не продуло? — участливо спросила Рут.
Брайди кивнула, стараясь вложить в свой кивок, как можно больше энтузиазма. Голая женщина у него во дворе! Это уж слишком!
— Так вот, иногда Эд Макбрайд работал вместе с Диггером Хинклом — вы встретили его сегодня утром в холле — но чаще он уезжал один на своем ослике. Мойра всегда хорошо относилась к этому человеку, даже несколько раз помогала ему материально. Не только к нему одному спешила Мойра со своей поддержкой и добрым участием. Когда же Макбрайд появился в городе в последний раз, он весь так и светился от радости. Он зашел в одну пивную — тогда в нашем городе этих заведений, включая бордели, было более двадцати — и стал хвастаться, что напал на какое-то богатое месторождение. Он говорил, что другого такого история еще не знала. Вы все никак не можете согреться?
