Она почувствовала на своих плечах руку Тага, но не в силах была сбросить ее с себя. Казалось, они притягивались друг к другу, как два магнита. Но почему из всех мужчин она выбрала именно этого? И почему именно теперь? Почему доверила ему, почти незнакомому человеку, самую сокровенную свою тайну? Уже не первый раз за этот день задавала себе Брайди эти вопросы.
— Не беспокойся, Брайди, — произнес тихо Таг. — Мне кажется, Ник уже сбился с пути. Вполне возможно, что он не сумеет расшифровать значений всех брелоков. Но даже если он и найдет рудник раньше нас, это еще ни о чем… Он может, просто-напросто, ничего там не найти.
Брайди обмерла, но смогла, наконец, отодвинуться от Тага.
— Значит, вы не верите? Даже теперь вы не верите в существование Серебряного Ангела? Вы считаете, что моя тетушка все это придумала? И заставила меня проделать весь этот путь, чтобы ничего не найти?
— Брайди, я совсем не это хотел сказать, — неуверенно произнес Слоан.
Он потянулся к ней, но она отодвинулась от него еще дальше. Ее охватила волна возмущения. Насмехаться над ней! Она сжала руки в кулаки. Да, он просто над ней насмехается! И использует ее.
— Зачем тогда вы со мной поехали?
— А вы как думаете?
Брайди могла бы сказать: «Чтобы оказаться со мной наедине, соблазнить меня и сделать меня одной из своих потаскух!» Могла бы сказать более вежливо: «Потому что, мне казалось, будто вы поверили в правдивость тетушкиной истории и захотели помочь мне». Но сказала она совсем другое, и довольно невозмутимым тоном:
— Мне кажется, вы сделали это из-за денег. Но десять процентов от пустого места, пустым местом и останутся, не так ли?
Таггарт шагнул к ней и, когда она собиралась было отступить от него, взял ее за плечи.
— Брайди, послушайте меня…
Она отвернулась, но он, взяв ее за подбородок, заставил посмотреть себе в глаза.
— Брайди, вы правы, говоря, что десять процентов от пустого места, такое же пустое место. И получить деньги я вряд ли могу. — Глаза его сузились и он продолжал. — Я знаю, все в городе считают меня богачом. Но это далеко не так. В настоящий момент мои финансовые дела оставляют желать лучшего. Но я поехал с вами не из-за денег. Я не могу с уверенностью сказать, существует ли на самом деле этот рудник или же нет. Не знаете этого и вы. Именно потому я поехал с вами, чтобы помочь вам докопаться до истины. И мне самому это тоже интересно. Надеюсь, что все же этот рудник СУЩЕСТВУЕТ, что он является одним из богатейших месторождений. Но мне совсем не нужны ваши чертовы деньги. Я просто хочу снова вдохнуть жизнь в свой город.
Брайди отступила на шаг и села на камень.
— О, — вздохнула она. — Я так устала, — произнесла она извиняющимся тоном.
— Мы оба устали, — сказал Таг, глядя куда-то вперед. Я весь день видел следы, — признался он, — но все они кружили на одном месте. Знаю, знаю, — поспешил прибавить он, когда Брайди открыла было рот. — Я не могу определенно сказать, что успел за это время Ник. Но если он и его спутник будут продолжать кружиться на месте, то вряд ли они что-то найдут. Будем на это надеяться.
— А что, если они вернутся сюда ночью, когда мы будем спать?
— Сомневаюсь, — произнес он и протянул девушке руку. Она встала, но не приняла его руки. Таг на это лишь пожал плечами. — Они ведь не знают, что мы тоже выехали. Вот, что я вам скажу: давайте-ка лучше расседлаем лошадей, поужинаем и ляжем спать.
И он улыбнулся так многозначительно, что Брайди, несмотря на прохладный вечер, стало нестерпимо жарко. Поспешно отвернувшись, она направилась к лошадям. Разбирая содержимое седельных сумок, девушка чутко прислушивалась к тому, что делалось у нее за спиной. Услышав приближающиеся шаги, она вся внутренне напрягалась.
— Вы не должны меня бояться, Брайди, — прошептал Таггарт ей на ухо и, не ожидая ответа, пошел расседлывать вьючную лошадь.
Откинув одеяло, Консуэла села и нащупала на земле камень, больно впивавшийся ей в плечо. Швырнув его в реку, она с удовольствием услышала, как звонко он плюхнулся в воду.
Рядом храпел Ники. Опершись на локоть, Консуэла с трудом перевернула его со спины на бок, после чего храп сразу же прекратился.
— Хороший мальчик Ники, — сказала она и поплотнее укрылась одеялом.
Когда он спал, можно было говорить громко, во весь голос, не боясь разбудить. Ника, пожалуй, и пушкой не разбудишь, не то что человеческим голосом. Полчаса назад Консуэла уронила на землю кофейник, который загрохотал, ударившись о камни в нескольких футах от головы Ника, но спящий даже и ухом не повел. В таком крепком сне было явно что-то нездоровое.
Перед тем, как улечься, они развели костер, но он потух, когда Консуэла уронила кофейник, и кофе выплеснулось в огонь. И сейчас было холодно. Натянув одеяло до подбородка, она взяла Ника за руку и, устремив взгляд в ночное небо, задумалась.