Но еще более сильный страх девушка испытала раньше, после той короткой перепалки с Рахин. Мать дея сказала, что жизни Джамиля угрожает опасность из-за его внезапного отъезда из дворца. Почему это опасно, Шантель не знала, но с ужасом осознавала, что причиной его отъезда была она, а значит, и отвечать в случае несчастья с ним придется ей. Очевидно, если Джамиль не вернется, ее казнят.
О том, что с деем ничего не случилось, Шантель, естественно, сообщить никто не догадался, и в ту страшную ночь она не сомкнула глаз. О счастливом исходе ночного приключения Джамиля она узнала на следующий день от служанки второй его жены Науры. Та, пробегая через кухню, не преминула громко объявить, что ее хозяйка приглашена вечером к господину. Новость вызвала почему-то сильное возмущение у Шантель. Она даже сама удивилась такой реакции, объяснив ее в конце концов тем, что, как оказалось, она попусту промучилась всю ночь. Рахин могла бы по крайней мере еще вечером сообщить, что жизни девушки больше ничто не угрожает. Это же элементарная порядочность, и то, что она не собиралась отменять наказания, оправданием не является.
Мысль о том, что ее раздражение связано еще и с намерением Джамиля провести ночь с одной из его жен, девушка тут же прогнала прочь. Он может устраивать мерзкие оргии с кем угодно, лишь бы от нее самой не требовали участия в них. Сделал ее кухонной рабыней и веселится, предаваясь привычному разврату! Конечно, Рахин была права — о Шахар в этом дворце скоро забудут.
Ну и хорошо. Это же как раз то, о чем она мечтала, разве нет? Ей же хотелось быть кем угодно, только не наложницей. Беда только в том, что первые дни здесь она уже побывала в положении наложницы, и ее появление на кухне вызывает у многих ревнивое злорадство. Слава Богу, хоть не у всех. Мать Адаммы, например, которую Шантель вчера встретила, оказалась такой же милой и приветливой, как и дочь.
Файоло, как звали нигерийку, была очень красива и выглядела почти ровесницей Адаммы. Она не смущаясь поведала, что ее изнасиловали в тринадцать лет, именно тогда на нее стали обращать внимание дворцовые стражники. То, что рабыни, работающие на кухне, имели доступ и в другие части дворца, было приятной новостью для Шантель, которую она взяла на заметку. Правда, главная повариха вскоре разочаровала ее, проворчав, что девушка, по распоряжению Рахин, подобной свободы передвижения лишена.
Большая комната с холодным полом стала ее тюрьмой, а соломенный тюфяк — спальней. Интересно, знает ли об этом Джамиль? Конечно. Он сам скорее всего и послал ее сюда, успев отдать распоряжение, прежде чем выскочить из дворца. Ведь если бы выбирать наказание было поручено Рахин, Шантель вероятнее всего избили бы. Уж слишком рассержена была на нее тогда мать дея. Нет, безусловно, только Джамиль мог загнать ее на кухню, рассчитывая, что это удручит ее больше любого другого наказания. Он думает, что девушке будет трудно лишиться окружавших ее в гареме комфорта и заботы, и она станет покорной. Ха! Как бы не так! Благодаря его наказанию она добилась того, к чему стремилась. Теперь она почти вне досягаемости для него. Ну конечно, не совсем так, но он ведь непременно забудет о ней через , некоторое время. Как Шантель могла убедиться, огромное количество женщин вокруг буквально молятся, чтобы дей обратил на них внимание. Зачем ему снова мучиться с упрямой Шахар?
Не само ли Небо послало ей помощь? Конечно, работа на кухне не самое приятное занятие, но благодаря своему пребыванию у тетушки Элен Шантель с ней знакома. Они же готовили себе пищу сами. Ворчливая, всегда готовая накричать и сделать выговор повариха, безусловно, не родная тетя и, наверное, не лучший начальник. Но самые тяжелые задания и смертельная усталость не очень большая плата за уверенность, что тебя не позовут для постельных утех ненавистного господина. Ради освобождения от страха Шантель готова смириться и с насмешками окружающих, и с их враждебностью, и с обрекающими на тяжкий труд понуканиями главной поварихи. К тому же из кухонь гораздо проще убежать, чем из гарема, где охраняется каждая дверь. Впрочем, до этого пока далеко. Прежде следует освоиться здесь, дать другим привыкнуть к своему присутствию, а уж избавившись от всеобщего внимания, можно будет строить и планы спасения.
Вчера был обычный рабочий день, и на кухне было полно рабынь помимо Шантель. Тем не менее у нее не было ни одной свободной минутки. Приготовление пищи для наложниц и фавориток дея заняло все ее время без остатка. От Файоло девушка узнала, что только на кухне, где готовят еду для евнухов, работы так же много, как у них. А лучше всего тем, кто работает на кухне лаллы Рахин. Они готовят пищу только для одной матери дея. А вот евнухов в три раза больше, чем женщин, за которыми они наблюдают.
— А стражники и рабы? — поинтересовалась девушка. — Разве их не больше, чем евнухов?
— Во много раз, — ответила нигерийка. — Но пищу для них готовят самую простую, а это занимает гораздо меньше времени.